Major (c)
МАО.


часть 1. часть 2. часть 3. часть 4. часть 5. часть 6.

авантюрный роман. рисунок Screamer (c)

7. художник Screamer (C)

На нас прикрикнули афганцы, потому что только мы стояли в стороне. Все китайцы, вьетнамцы и кто там еще был получили по мешочку и, каждый по своему ряду, медленно пошли к горам. По пути они открывали на кустах коробочки, похожие на бутоны и высыпали из них пыльцу в мешки. Афганцы частью остались у кромки поля, частью стали расхаживать между сборщиков героина. Мы с Саидом прошли мимо всех к свободным рядам, там афганец кинул нам мешки и мы тоже пошли по огороду. Пыльца очень мелкая и я сразу весь ей обсыпался, чихнул. Саид крикнул мне от своей грядки и бросил тряпочку, показал чтоб я ее повязал на лицо, как он. Я посмотрел - все остальные без тряпочек, а кое-кто даже украдкой этот героин ест и нюхает. Афганец крикнул мне, чтоб я работал, и я немного зашевелился.

Работа оказалась совсем не легкой, потому что солнце припекало на полную мощность, я быстро вспотел, все зачесалось. Повязка мешала, но я не снял чтоб Саид не ругался. Все ушли далеко вперед, и Саид тоже был впереди, а у меня никак не получалось быстро эти коробочки раскрывать. Афганец стал шуметь, тыкать в меня автоматом и я тогда стал не все коробочки раскрывать, а через одну. Дело пошло быстрее, афганец ничуть не расстроился, только улыбался и иногда ногой по моему мешку слегка бил. Потом, когда я догнал Саида, и вовсе отошел на других посмотреть. Тогда я за спиной Саида быстро эту пыльцу попробовал на вкус. Оказалось - чуть сладковато и сразу в слюне растворяется. Немного противно. Я решил, что раз сладко, значит хоть немного питательно и зачерпнул из мешка, но все равно даже на зубах не скрипело. Ерундовая еда. Зато афганцы это заметили, им не понравилось, один даже выстрелил вверх от злости. Все попадали на грядки, а я руками показал, что больше не буду, и стал собирать дальше. Саид мне с земли говорит:

- Если вечером у тебя полного мешка не будет, почки отобьют. Вот дурак, не мог раньше сказать! Я поглядел, у всех уже мешки тяжелеют, висят, а у меня на ветерке болтается. Попробовал быстрее коробки открывать, все просыпается. Ну я часок так помучался, а потом конечно придумал вместе с коробочками в мешок кидать. И идешь быстрее, и мешок тяжелее. Так всегда бывает: пока не вспотеешь, голова не заработает.

Не знаю, как я там продержался, как не уснул, даже не знаю. Наконец солнце собралось заходить, низко так опустилось, но правда косо шло, еще не темнело. Тогда афганцы загомонили:

- Кончай работу, чурбаны! Строиться на проверку результатов. И мы все пошли назад, к краю поля. Я пока шел, закапывал тихонько рукой коробочки в пыльцу, чтоб не видно. Саид заметил, спросил. Я рассказал, он аж побелел.

- За такие шутки они тебя просто замочат! Я слышал, как один полковник им приказал. Они же все прощупают, баран! А коробочки обрывать нельзя, это кустарник губит.

- А что делать?

- Почки подставлять! Давай вытряхивай быстро все коробочки, неси им хоть пустой мешок, но чтоб этого они не видели.

Я стал коробочки из мешка вытаскивать и бросать. Не то чтобы я сильно испугался, а просто не хотел шума, устал очень. Пусть, думаю, отметелят, а ночью сбегу. Охрана внимания не обращает и Саид стал мне помогать, ты, мол, долго копаешься. Но ВОХР заметил как мы суетимся. Внимательные сволочи оказались. Саид разулыбался им, стал на меня показывать, что-то говорить, но не сдал, молодец. Ну и стали нас метелить. Трое подошли. Пока двое бьют, третий бегает между грядок или мешки трясет, кричит. Потом подбегает тоже бьет. Я смотрю на китайцев, а они только рукава облизывают и даже не интересуются. Что такого в этой пыльце?

Ну наконец нас подняли и потащили. Потащили, потому что я не дурак избитым ходить, а Саид с непривычки и правда отключился. Бросили нас в машину, сами сели сверху и поехали. Саид застонал, проморгался. Я говорю:

- Ну видишь, не замочили нас! Ничего страшного, еще в лагере замесят разок и все.

- Рано радуешься, баран. Еще посмотрим куда нас везут. И правда, мы свернули в сторону от дороги. Может, думаю, они там расстреливают? Гляжу - едем к домику маленькому, вроде как из пластилина слепленному, а навстречу нам люди с автоматами поднимаются из кустов, машут. И я сразу понял: вот где у них самогонку делают. В лаборатории.

Из домика вышли несколько человек в белых халатах, закурили на ходу и ушли за угол. Нас вытряхнули из машины и повели по дорожке ко входу.

- Ты видел? Как тебе? - у Саида глаза горят как у филина.

- Кого?

- Бабу! Во ноги! Она откуда тут?

- Какую бабу?

- Ну вон вышла же сейчас с мужиками, в халатике! - Саид удивленно так на меня смотрит. - Ну ты баран.

- Да что мне баба-то? Ты скажи, нас тут не расстреляют?

- Не знаю. - Саид пришел в себя и закрутил головой по сторонам. Его стукнули несильно прикладом в ухо. Он зашипел.

Мы подошли к домику и оттуда вышел еще один мужик в белом халате.

- Что, проштрафились? Ну теперь не жалуйтесь. Но и особо не бойтесь. Тут я вздрогнул, потому что сзади нас афганцы застреляли из автоматов в воздух.

- Это зачем? - я спросил у мужика, чтобы познакомиться.

- Это чтоб в лагере знали, что вас больше нет и вели себя хорошо, - мужик мне подмигнул. Вроде не злой. - А если бы они знали правду, многие с вами поменялись бы. Прошу в дом.

Пока мы собирались войти, вернулась баба в халате, пригнулась у низенькой дверцы и вошла. А за ней как замороженный сразу пошел Саид, только не пригнулся и громко стукнулся лбом.

- О, да тебе наша Каролина понравилась! - Развеселился мужик, - это хорошо, что тебе еще женщины нравятся! Очень хорошо!

Тут к нему подошел афганец, один из тех что привезли нас.

- Нам можно ехать, доктор Менгеле?

- Ну конечно! Вокруг лаборатории люди есть, а внутри есть Каролина. Каролина, - он подмигнул мне, потому что Саид еще сидел на земле и держался за башку. - ужасная сила. Всепобеждающая ужасная сила. Хотя с послушными ласкова. Ты, скотина, хочешь чтобы с тобой была ласкова Каролина? Поднимайся, хватит ныть. - это он уже Саиду.

Мы вошли. Внутри было темно и ступеньки, я упал, а доктор смеялся. Потом в темноте раскрылась дверь и осветила нас, а в двери стояла Каролина. Она улыбнулась и поманила нас пальцем.

- Ну входите же, швайнен! - тихо и ласково сказала она.

Войдя, я стал принюхиваться. Если тут перегоняют, то не может не пахнуть. Но пахло чем угодно, только не сивухой. Чистенько все, пробирки, весы аптекарские, бумажки мешочки, аппараты незнакомой конструкции. Очень светло, штук шесть ламп под потолком.

- Проходите в угол, там дверка в душ, - говорит Каролина, - там же шкафчик, оденьте халаты. Свое можете оставить прямо там, я выброшу сама. Мы прошли через всю лабораторию, я уже открыл дверь, но тут Каролина громко сказала:

- Ты! Высокий! Положи скальпель на место! Я оглянулся, вижу - Саид стянул скальпель пока шел, а она заметила. Саид медленно повернулся и пошел к ней, скальпель в руке.

- А если не положу?

- А если не положишь, я еще раз попрошу положить, - говорит Каролина и из-под халата вытаскивает здоровенный пистолет.

Тогда Саид вернул скальпель на стол, но пошел не ко мне, а к Каролине. Уперся животом в пистолет иговорит:

- А не покажешь, где ты его носишь?

Кролина проскребла дулом Саиду по животу, по груди, по шее и лицу к уху, потом отвела его чуть в сторону и выстрелила. Саид схватился за ухо.

- Сука, я оглох... - но продолжать не смог, Каролина ему в рот дуло вставила.

- Оглох - это ерунда. У меня один ослеп, вот у него были проблемы. А все почему? Смотрел на меня много. Иди в душ.

Саид, держась за ухо, пошел в душ. Я посмотрел на дырку от пули в стене, сантиметра два левее моего виска, и спросил, хорошо ли Каролина стреляет. Каролина выстрелила еще раз, теперь рядом с моим правым виском.

- Доволен?

Я не успел ответить, в стенку постучали снаружи, и кто-то прокричал:

- Ты прекратишь или нет, дура сисястая?!! Дай покурить спокойно! Не стреляй пока, мы поднимемся и отойдем.

- Хорошо, - ответила Каролина, сделала паузу в секунду и снова выстрелила. Теперь между моих коленей.

Снаружи опять заорали, но стучать не стали. Саид высунулся из душа, схватил меня и заволок внутрь.

- Она грохнутая! - прокричал он.

- А чего орешь так?

И он ответил потише:

- Сам догадайся, дурак.

Из лаборатории раздался громкий голос доктора Менгеле:

- Каролина, прекратите! (выстрел) Вы слышите меня? (выстрел) Отдай пушку, идиотка!.. Вот так. Я верну ее, когда ты заделаешь дырки, и внутри и снаружи. Ясно? Сейчас! Иди сейчас!

Каролина только что-то мурчала в ответ, доктор видимо был большой начальник. Саид еще постоял у двери, прислушиваясь, а я пошел в душ. Мыло там было, еще какие-то пузырьки, а вот полотенца не было. Но зато рядом был туалет с рулоном бумаги, я этим рулоном и вытерся, когда помылся. В шкафчике были развешаны белые халаты, я выбрал один и одел. Саид оторвался от двери:

- Он ее трахнул.

- Из пистолета?

- Баран. Он трахнул ее. И она успокоилась. Она грохнутая сучка, мы ее поимеем обязательно.

- А сейчас она где?

- Пошла наружу, дырки заделывать. А ты так и собираешься в халате ходить? Босиком и без трусов?

- Грязное все, - пожал я плечами. - А в халате удобно. Может, она постирает, а не выбросит, тогда попросим обратно.

- Ну да, она работящая. - сказал Саид уже из душа. - Постирает, погладит и на труп оденет. Надо уходить ночью. Трахнуть ее и уходить.

Саиду вытираться было нечем, и он обтерся халатами. Один халат тоже надел, одежду, подумав, оставил.

- Сегодня она ее наверно не выбросит, а ночью оденем и уйдем. Вот только трахнем ее. Такая сучка... А чего там мыло было нераспечатанное?

- Не знаю. Поленились наверное.

- А ты как мылся? Да ну тебя к черту. В общем, я ее первый буду и не лезь - убью.

Саид пригладил волосы и мы вышли в лабораторию. За столами сидели три мужика в халатах, но не босые как мы. Один мужик был с бородкой, а другие в очках. Они покосились на нас, но ничего не сказали. Откуда-то из угла появился доктор Менгеле.

- Ну-с? Мои птенцы готовы к инъекции?

- Птенцы думают, что лучше завтра с утра. - Сказал Саид. - А сейчас надо отдохнуть.

- И пожрать. - говорю я.

- А ужин после инъекций! - Засмеялся доктор. - Ганс, приготовьте шприцы. И позовите Каролину, завтра закончит со стеной.

Один из мужиков в очках подошел к нам и принес 2 шприца на железном подносике. Второй вышел на улицу. Доктор взял в каждую руку по шприцу.

- Все мы умрем. И может показаться, что не важно - как. Но я задам вам простой вопрос: вам важно как вы живете? Вам хочется жрать и отдыхать, камраден, не правда ли? А раз так, вы и умереть хотели бы с наслаждением! Вот оно, ваше последнее наслаждение. Оно неотвратимо, надо отметить. Но какой смысл бороться? Поразмыслите-ка, а пока засучите рукава.

Пока доктор говорил, вошла Каролина. Она достала свой здоровенный пистолет и встала сзади и чуть сбоку от доктора. Бородатый мужик подошел к ней сзади и стал ее лапать, а она будто и не замечала.

- А как насчет еще пары наслаждений? - тут же спросил Саид.

- Каролина обслуживает только наемный контингент. - покачал головой Менгеле. - Извините, но таков ее контракт. Засучивайте рукава.

- Он дело говорит. Наслаждение и все такое. - говорю я Саиду. - давай скорее, а то жрать охота.

Саид все смотрел на Каролину и держал руки в карманах халата. Доктор покачал головой, позвал Ганса, и тот ловко засучил Саиду рукав, не вытаскивая его руки из кармана. Доктор быстро сделал укол. Саид закачался и вдруг грохнулся на пол.

- А жрать-то когда? - не понял я.

- Сейчас Каролина пойдет готовить. - улыбнулся доктор. - Она прекрасно готовит свинину с капустой. Вы любите? Давайте руку.

И я дал ему руку. Каролина убрала пистолет и повернулась к бородатому.

- Приготовь же мою свинину! - сказал ей бородатый и я уснул.

(продолжение следует)