Вечерний Гондольер
 
Конкурс писем.

 

Рукописи не горят, письма доходят до адресата, женщин любят несмотря на их стервозность. Вот три истины. Не хочу, чтобы кто-то их оспорил. И потому займусь второй частью, так как остальные не столь интересны. Так что господамы пишите письма. А я за это что-нибудь дам. Кому-то достанется книга У.Шекспира «Юлий Цезарь» с оригиналом и четырьмя переводами: Карамзина, Фета, Зенкевича и Величанского. Кому-то что-то другое. Я посмотрю, что у меня есть еще или что-нибудь приобрету дополнительно. В общем призы будут. Обещаю. Конкурс завершится 21 апреля в 00.00.

 

С уважением, ваш крейсер.

 

 

Письмо 1. Письма Бородавкина.

Комментарий: зато какой драйв…

 

Эпистолярное письмо в комитет по защите нацменьшинств ООН.

Дорогие товарищи!

Пятый день пробиваюсь я, простой русский поэт-самоучка Бородавкин, к широкой читательской массе. Стихи мои просты и любимы всеми подряд, однако, невзирая, змей и косный ретроград редактор публиковать отказывается, ссылаясь на различные объективные причины.

В частной же переписке намекнул, что поскольку я не являюсь нацменьшинством - хохлом или евреем - ловить мне в данном издательстве не хрена. Пока не стану на худший случай хотя бы какой-нибудь мордвин.

Вариант жениться на еврейке и принять иудаизм отпадает, поскольку все знакомые еврейки категорически против.

Как быть - не знаю! ПОМОГИТЕ!

Искренне ваш,

Бородавкин (этнолог-рассовед высшей категории)

 

Здраствуйте дорогой поэт Фарай К.С.! Пишу вам от имени и по поручению всей нашей свинофермы с великой благодарностью и огромным сердечным "спасибо" за ваши замечательные проникновенные стихи "Статуя".

Вот уже две недели как мы читаем ваш выдающийся стих нашим хрюшкам, и наблюдаем удивительные результаты: хрюшки стали больше и чаще кушать, и меньше какать. Щетина у них стала шелковой и гладко выбритой, отчего выглядт как какие-нибудь английские лорды. Прибавили в весе, дорогие наши, и смотрят соколами, прямо как бойцы-пограничники.

Поясно кланяямся вам, дорогой Фарай К.С., и просим снизойти к простым русским селянам - писать стихов побольше, и почаще, на благо нашей любимой Родины и простого трудового народа всей планеты.

Любящая вас форева,

простая русская женщина, доярка от сохи, Фрося Полутушкина

 

Дорогой брат Фрарай К.С. Мы, студенты-интернационалисты из разных племен, кланов и чумов, с огромным удовольствием читаем твои стихи, и даже учим наизусть, наравне с Гегелем, Бебелем и Бабелем. А один наш парень из Танзании, прочитав твои волшебные строки, так обрадовался, что свалился со шкафа и сломал хвост - такое оказалось сильное эмоциональное воздействие.

Пиши больше и чаще, дорогой друг!

Мумбо-Юмбо, студент института Патриса Лумумба

  

Письмо 2. Типа фЕМЪ форварднула

Комментарий: главное в рифму. Не то что некоторые.

 

Это я скопировала из кузиной гостевой. По-моему, подходит на конкурс.
Ведь письмо из деревни тоже годится? (задумчиво) Все же не в Москву, а в Киев...

ДРУЖЕСКОЕ ПОСЛАНИЕ ОТ НЕВОЛЬНОГО БЕГЛЕЦА

Прости, родимый, что я уехал,
молтивой доброй мне помоги,
хоть злопыхателям на потеху
растут, как детки, мои долги.

Я всех их помню до первой трешки,
о коей сам ты давно забыл,
но потерпи, подожди немножко,
свой поумерь кредиторский пыл.

Когда я с дамой на сеновале
провинциальных ловлю мышей,
душа томится всегда в печали
о неизбывной вине моей.

Когда соседскую жру сивуху,
меня иглою пронзает вдруг,
что там, в столице, стеная глухо,
на стенку лезет мой трезвый друг.

Когда я в теплой лежу постели,
едва приметный среди перин -
не сплю, ворочаюсь - неужели
мой друг безденежный спит один?!

Кому - работать, кому - лобзаться,
делить на всех свой задор и пыл...
Прости, что целую сотку баксов
я в общей сложности утаил,

не стоит мрачно питать обиду,
что твой ударился друг в бега,
а всласть ругнись, посердись для виду,
потом расслабься и жди звонка.

фЕМЪ

 

Письмо 3. Котятко господам литераторам

Комментарий: хоть и садист, но все не огородник. Не только в навозе копошится.

Проще, проще надо быть господа литераторы. Хотя, одновременно, и не настолько просто чтобы совсем уж хуже воровства, а так где-то посерединке болтаться.

Некоторая сложность в стихах все-таки нужна, чтобы, знаете, совсем уже за дебила не приняли. Выкрутасик словесный один - другой заколбасить необходимо, категорически необходимо, а то ведь что получится: ну, собака бежит, речка Нева течет туда-сюда, розы-слезы... а где конфликт? Конфликт, неразделенная любовь, в душе автора! И на него надо намекнуть... тогда уже речка не просто течет, а унося свинцовыми водами наши мечты, или, там, я не знаю, признания какие-нибудь. Розы-слезы какие-нибудь, которые, в сочетании с мрачным рассветом, и на фоне утраченых грез, наполняются вселенским трагизмом.

Ну как Фарай пишет: лежа ничком, ты отдавалась всему городу благодушной блядью.

 ---

А кто говорит, что они виноваты? (Комм.: литераторы имеется ввиду конечно) Допустим, сайт не поэтический, а любителей макроме... допустим, посетители, в качестве хобби, плетут макроме. Ничего антисоветского в этом увлечении нет, как и во всяком другом, нам это хорошо известно.

Но! Увлечение - увлечением, а давайте посмотрим пафос публикующих=ся здесь стихов... и увидим, что макроме получается препоганенькое. Обобщенный пафос таков: "Гляньте какой я, и как я умею страдать!"

Об этом 99 целых 99 сотых стихотворений - кимоното херовато, говоря по китайски. макроме то есть.

Вселенская ли трагедия в том, что соседская блядушка Ксения дает всем желающим? Очевидно нет. А сколько стихов на эту тему рождено? Мегатонны.

---

Боюсь, меня здесь не понимают - не желают понимать. А между тем, чтобы со мной согласиться ( поскольку я говорю совершенно здравые, очевидные вещи ) достаточно не относить сказанное на свой персональный личный счет.

То есть, давайте согласимся, что не всякий человек, пишущий рифмованый текст - поэт. (Если на свой счет не принимать, то как же не согласиться, не правда ли?)

Давайте согласимся, что сочинять рифмованый текст - это такая способность, присущая всем без исключения как, например, прямохождение. Ну, кто-то ходит грациозно, летящей походкой, кто-то хромает за табуреткой, но так или иначе, а накорябать четверостишие может абсолютно каждый прямоходящий. А если, скажем, поставить ему на живот утюг и сказать: "пока поэму не сочинишь - не снимем", то и поэму сбацает.

Что касается "искусства" - езда на велосипеде тоже своего рода искусство, требует навыков и упражнений. Но никому же не приходит в голову причислять себя к лику святых на том основании, что лучше других овладел велосипедом.

Со стихами иная картина. Накорябал четверостишие - писец, гений, волосами оброс, мыться и работать перестал, запил... вошел в образ гения. Жизнь своя и близких перечеркнута.

Не согласны разве? На свой лично счет не принимайте, и куда ж вы денетесь от очевидности?

Ну, сколько таких дятлов, писателей, нищих полудурков по хулинету бродит, писанину свою нетленную не знают куда б еще приспособить, где приз дадут... а? мало таких?

Вместо чтоб делом заняться, украсть что-нибудь, я не знаю, на рынок выйти, еблом торгануть - все прибыль.. но нет, хрена, он лучше водки выжрет, и стишок нашкарябает. Потому - гений.

Вот о каком негативном, присущем исключительно стихоложеству, качестве, я и пытался вам намекнуть, друзья мои. А чтобы отнести это на свой/чужой личный счет, быстренько гляньте на свои ногти! Если черные, если, вдобавок, у вас маленькая зарплата, нет жены и автомобиля - вы истиный поэт. Можете собой гордится, вне зависмости от качества четверостиший.

 

Письмо 4. Майор о любви поэта.

Комментарии: ну может Майор наизнанку вывернуться. Даже на пустом месте. Аплодисменты.

 

"ПОЭТ И ДЕВУШКА"
драма, блин
ПОЭТ: Отдайся, дэвушка!
ДЕВУШКА: Нет, сначала стихи!
ПОЭТ: А вдруг тебе не понравятся? Ты мне тогда не дашь...
ДЕВУШКА: Конечно. Чо я, дура совсем?
ПОЭТ: А я чо - дурак? Ты отдайся, я тебе потом прочту.
(так препираются около часа)
ДЕВУШКА: Ну... Давай ты начнешь, только медленно, и стихи читай. Нет, ну куда ты? Вот сперва ты бантик мне распусти, потом туфли сними... Медленно... И читай.
ПОЭТ: Ага. Конечно. У меня что, "Илиада" что ль? Нет, давай сперва я уж начну как положено, и буду читать...
(препираются еще около часу)
ДЕВУШКА: Ладно... Иди сюда... Стоп! Давай, вводи и сразу читай!
ПОЭТ: Над городом летели стрелы... Ну подправь, у меня что, глаза там? Над го... Попали? Над городом летели стрелы...
ДЕВУШКА: Ты не дергайся как ненормальный, ты как читаешь так и суй, и нечего тут на мне!
ПОЭТ: Над городом летели стрелы... Далеких скал окаменелых... Стремлений сумрачных и смелых... И сочных, и таких неспелых... А что ты так лежишь? Я так не могу читать. Меня не возбуждает твое лицо!
ДЕВУШКА: А меня твои стихи! Что ты бубнишь и пыхтишь, разве так читают?
ПОЭТ: А разве так лежат? Как не у поэта, а у гинеколога! Что... Ну вот! Все! Добилась своего, да?
ДЕВУШКА: Милый, ты успокойся. Ты прочти спокойно, а потом все получится, вот увидишь.
ПОЭТ(закуривая, грубо): Я тебе письмом их пришлю. Стихи.
ДЕВУШКА (застегиваясь): Не трудись. Я мастурбировать и под Асадова могу.
Девушка уходит, Поэт срывает с двери квартиры табличку "ПОЭТ", топчет. Вешает "ВЕБМАСТЕР". Потом в ярости хватает свои стихи в охапку и с размаху швыряет их в Интернет. Спускает воду.
Занавес.
Аплодисмент.

 

Письмо 7. фЕМЪ о Пушкине и о кузене..

Комментарии: фЕМЪ тоже тайфун..

 

Вот-вот, я тоже раньше считала, что поэзия и секс несовместимы. Неизменно выбирала поэзию. Но только это неправильно. Сальери ошибался. Этот придурок мой кузен успевает пить, сношаться и стихи из него прут, и проза, и рисует он еще и учиться успевает, а я сижу и глазами хлопаю. Такой тайфун - и мимо меня проносится. Киса, мы лишние на этом празднике жизни. Честно говоря, зависть берет. Ради чего я живу? Что за удовольствие от такой жизни?

А у Пушкина в Болдино было кого трахать. Во-первых, крестьянка была, кажется, Ольга. У них еще ребенок родился, и Пушкин его пытался пристроить (см. его переписку). Потом, он сношал всех жительниц Тригорского, а это, собственно, его хозяйка, дочери этой хозяйки от двух браков и плюс их более дальние родственницы. Такого гарема, как там, у него уже больше не было нигде, даже у себя дома. И они все его обожали и ревновали, других развлечений у местных дам не было. Ни театра, ни телевизора, ни Интернета - ничего, только поговорить и/или переспать с Пушкиным. Но насколько я могу судить, А.П. должен творить в состоянии сексуального возбуждения, это нечто вроде брачной песни самца. Самку нужно показать, но сразу не дать. А дать потом, когда он споет свою песню. Лучше дать, а то сам возьмет или обломается. Когда он поет, должен верить;)Но он не должен быть уверен, иначе зачем зря сотрясать воздух? И еще хорошо, когда поэт должен заниматься важным делом. Например, писать историю пугачевского бунта. Нудно, грязно, тоскливо, не хочется, но решил, значит, надо. Каждые пять минут хочется пить-есть-спать-в туалет-женщину, а если все это недоступно или уже иссякло - тогда приходит вдохновение, и пальцы тянутся к перу, перо - к бумаге...

 


Пока не густо. Но конкурс в разгаре. Еще много тем не затронуто. Еще пока не распределены призы по блату. Поэтому поспешите. И обязательно напишите фцуку как вы его ненавидите. Это моя глубочайшая просьба. За лучшее письмо фцуку обещаю спецприз. Какой пока секрет, но это будет удивительный приз. Я заинтриговал? Нет? Жаль.

Пишите письма.

 

Еще раз любящий вас всех крейсер.

 

Написать письмо? Высказаться?