Вечерний Гондольер | Библиотека

Михаил Рабинович

Настоящий Дед Мороз

 

 

Почтальон Сидоров был настоящим Дедом Морозом. Он жил в самом глухом месте парка, около детских каруселей и всегда, даже летом, ходил в длинной золотистой шубе.
- Ты бы снял шубу, ведь жарко, - говорили ему.
- Не могу, - вздыхал Сидоров, - положение обязывает.
Ему часто приходилось вздыхать - люди не верили в Дедов Морозов, тем более в настоящих.

Когдa Сидоров был ещё молодым дедом, он пытался делать подарки не только в Новый Год, но и на Восьмое Марта или просто по вторникам. Это получалось смешно и нелепо или не получалось вовсе. Поэтому, лишь когда на улицах появлялись Деды Морозы от различных организаций, Сидоров безбоязненно присоединялся к ним.

За каждый вручённый подарок Сидоров получал расписку, как за телеграмму или почтовый перевод. Он бы отдавал расписки просто так, но иначе у него их не брали.

Вообще, у Cидорова часто возникали трудности в работе: он возращал то, что было потеряно в уходящем году. Чего только не находил Сидоров, шагая с письмами из дома в дом! Люди, оказывается, теряли зонтики и перчатки, любовные записки и уверенность в себе, уйму времени и ручные часики… Сидоров добродушно ругал растерях, но не любил и боялся тех, кому терять было нечего. Порой ему попадались крупные деньги, но на такие мелочи Сидоров не обращал внимания. Зато он с удовольствием вручал забытое в кабинете начальника шершавое и слегка колючее собственное мнение.

Каждую новогоднюю ночь у Сидорова было немало забот. Вот и сейчас, едва пробило полночь, он начал действовать. Прежде всего он помог врачу, который то находил, то терял пульс больного, и предостерёг девушку, потерявшую голову, танцуя с элегантным, но энергичным кавалером. Потом он обрадовал миллиционера, который потерял из виду нарушителя порядка; побывал у професора математики и швеи, всё время терявших нить в своей работе; вернул альпинисту захваченный кем-то дух.

Когда Сидоров выходил от ночного сторожа, утратившего бдительность во время дежурства, то встретил известного художника. Недотатки последней картины этого художника потерялись среди её многочисленных достоинств.
Сидорову предстояло ещё вернуть школе молодого учителя. Обьясняя на своём первом уроке закон Архимеда, учитель потерял терпение и вышел из себя, да так резко и далеко, что все терялись в догадках, куда же он делся.

Наконец всё уладилось, и Сидоров направился домой, сожалея, что многого он не может. Он не мог помочь деревьям, теряющим свою листву, и, чтобы им не было одиноко, Сидоров покрывал деревья белыми пушистыми хлопьями. Он не мог помочь календарю, теряющему каждый день листок за листком, и оттого-то никому не возвращал молододсть. И, конечно, если ктот-то терял напрасно целый год, то Сидоров был здесь бессилен.

"Но вот для него я могу что-то сделать ", - подумал Сидоров, увидя странного человека, расположившегося на детской карусели. Человек печально обхватил руками голову игрушечной лошоди, которая внимательно его слушала.
- У меня была невеста, - рассказывал человек. - Мы так любили друг друга друга! Но я… я совершил опрометчивый поступок и потерял её любовь. Помочь мне теперь может, наверное (человек криво усмехнулся) только Дед Мороз.
- Да, только я, - прошептал Сидоров и тут же оказaлся в квартире невесты, Анечки.

Вначале он долго стоял и любовался девушкой, но затем всё-таки сказал, несколько официально: "Я по поводу вашего жениха".
- Успокойтесь, - мягко сказал Сидоров, положив ей руку на плечо. Ему было приятно стоять так, и поэтому, вспомнив о чём-то, он отдёрнул руку.
- Успокойтесь, - ещё раз сказал Сидоров и достал из мешка с подарками скреплённые нежнo-розовой ленточкой утраченные иллюззии.
- Успокойтесь, - ещё раз сказал Сидоров, чувствуя, что ему самому нужно успокоиться. - Я бы мог вам вернуть иллюзии в отношении жениха, но не буду этого делать. Вы должны принимать его таким, как он есть. Видели бы вы, до чего он переживает. Он весь как потерянный.
- Он ждёт вас, - вздохнул Сидоров, и Анечка так быстро выскочила на улицу, что Дед Мороз едва успел накинуть на неё свою золотистую шубку.

Не торопясь, Сидоров вышел вслед за девушкой. Сейчас, в зелёном свитере, залатанном на локтях, он был похож на обычного человека, немного грустного и озабоченного. Но Сидоров знал, что поступил правильно. Он был настоящим Дедом Морозом и, может быть, потому никак не мог найти своё счастье. 

 

 

Высказаться?

© Михаил Рабинович