Вечерний Гондольер | Библиотека


Никита Николаенко


Продажа земли

Все, ты освободился от своих забот, больше ничто тебя не держит, не связывает с былыми делами? – заинтересованно спросил младший Брат в один из мартовских дней, заехав  к нам, под предлогом проведать Деда. Освободился, - кивнул я согласно, предлагая ему садиться в кресло рядом с журнальным столиком. Точно ничто не тянется за тобой, не связывает тебя с прошлым? – переспросил он, с сомнением. Точно, - подтвердил я. Все дела позади – свободен, как вольный ветер! В то время – а на дворе стоял две тысячи четвертый год, я наконец-то закончил длительную, больше десяти лет работу директором охранного предприятия, отбился от всех финансовых претензий ко мне и искал подходящую область деятельности, куда бы приложить свои усилия.

    Брат хорошо знал это, поэтому и заехал с интересным предложением, до этого он был нечастый гость в нашем доме. Деда он навещал только тогда, когда ему срочно надо было перехватить у старика деньги на свои дела. Посмотри вот это, - предложил он, доставая из толстой роскошной папки два документа, и кладя их на журнальный столик рядом с креслом. Внимательно и с любопытством я ознакомился с их содержанием – интересно, что же он предложит на этот раз?

    Бумаги оказались свидетельством собственности на землю, новенькие, с голограммой. Один документ подтверждал право владения Братом, как единоличным собственником, четырьмя с половиной гектарами земли, второй отражал более скромную цифру – всего восемь соток.

    Не сказать, что бы большие наделы! – сделал я замечание, зная, что он владел, куда большими участками земли, исчисляемыми сотнями гектаров. Ты на их площадь не смотри! – со знанием дела пояснил он. Участки не большие – это верно! Только место их расположения больно лакомое – на берегу водохранилища находятся! В охранной зоне, водозабор там расположен, въезд туда автоматчики охраняют! На самом берегу – у большой воды! Он сделал паузу, оценивая, какой эффект произвели его слова и, понизив голос продолжил. Банкир, с которым я работаю – ты же его хорошо помнишь! Тут я кивнул – помню, конечно, и передо мной всплыло одутловатое лицо банкира, с которым мне доводилось много раз пересекаться в начале и в середине девяностых по делам Брата.  Так вот, - продолжил Брат, - он заинтересован в срочной продаже земли, в удачной продаже, а для этого надо начать там строительство яхт-клуба. И заняться всем этим, мы предлагаем тебе – ты согласен? Он посмотрел на меня, ожидая ответа.

    Я был готов к такому развитию событий - просто так, как уже упоминал, Брат своими визитами нас не баловал. И далеко твои участки от Москвы? – поинтересовался я с равнодушным видом, разглядывая голограмму на листочках и оттягивая свой ответ. Не очень, - качнул он головой. Сто восемьдесят километров – на своей Волге домчишься – оглянуться не успеешь! И дорога туда хорошая – по прямой почти! И какая цена вопроса? – без обиняков спросил я, не видя необходимости больше толочь воду в ступе.
 

   Тут он немного помедлил с ответом. Стоимость их на сегодняшний день, с учетом того, что мы обозначим начало строительства яхт-клуба – полмиллиона долларов! Тебе предлагаем десять процентов после продажи участков. Удастся продать дороже – тебе же лучше! Продавать то же будешь ты. Ведь, ты же понимаешь, что мне светиться и вести переговоры с кем ни попадя, ни к чему, - сообщил он доверительным тоном.
 

   Да, это я хорошо понимал. Сколько раз ранее, когда мы работали вместе, а вернее – я на него, мне приходилось прикрывать Брата во время рискованных операций! Я и за охранный бизнес взялся потому, что занимался этим постоянно. И он хорошо знал, что на меня можно положиться в самых непростых делах!
 

   Да только вот, крупные сомнения овладели мной после его предложения. Дело в том, что за все время работы с ним – а это начало и середина девяностых, больших денег от него я никогда не получал, хотя ворочал он крупными суммами, добытыми, в том числе, и с моей помощью. Напротив, я всячески помогал ему своими скромными финансами. Когда мне удавалось их заработать, он тут же появлялся рядом, требуя свою долю. А такие периоды, одно время, шли один за другим, было дело.

    Десять процентов, - повторил я вслух его слова. Получается пятьдесят тысяч долларов – не очень-то большая сумма по нынешним временам! Тогда у меня еще свежи были воспоминания о более крупных деньгах. Ну, продашь дороже – тебе же больше достанется, - пожав плечами, ответил он.
 

   Потребуются предварительные расходы, на поездки туда и прочее, - объявил я свое решение после минутной паузы. Он оказался готов к такому повороту событий. Пару тысяч долларов я могу передать тебе сейчас, в виде аванса, а потом заработаешь остальные, - сделал он заманчивое предложение, и продолжил уже оживленно, считая вопрос почти решенным. Сейчас уже начало весны, вот-вот сойдет снег, начнется самый сезон продаж, так что, определяйся, время терять нельзя, упустим возможность.

    Так что же – говоришь, сейчас готов передать деньги? – переспросил я равнодушно. Деньги мне, конечно, были нужны. Он достал из своей роскошной папки толстую пачку долларов, отсчитал две тысячи, положил их на столик и подвинул мне. Я взял деньги и пересчитал их – можно сказать, что окончательно дал свое согласие.

    Теперь слушай внимательно, что нужно будет сделать в первую очередь, - сразу перешел он к делу, уяснив мой настрой. Тебе придется утрясти один вопрос. Дело в том, что я, когда приезжал в поселок на берегу водохранилища, поцапался там с одним дядькой, а он человек грамотный оказался, сколотил вокруг себя группу недовольных и теперь они намерены судиться со мной. Как поцапались, что не поделили? – стало мне интересно. Да выехал я на своем джипе, на берег, а тут, откуда ни возьмись, какой-то дядька, да давай выяснять, что я тут делаю напротив его дома, да почему по берегу на машине разъезжаю! Пришлось объяснить ему, кто здесь хозяин. Понятно! – кивнул я, отмечая про себя, что большие споры могут возникать и на пустом месте.

    Что за предмет спора, помимо эмоций? – осведомился я. - Есть такое слово – сервитут – ты его не слышал ранее? – задал он вопрос. Я покачал головой, - нет, не слышал! – Это означает обременение, налагаемое на собственность. Как ты понял, мне принадлежит вся береговая полоса у поселка и, получается, что поселок отрезан от воды. Если они возьмут грамотного адвоката, то он легко повернет дело так, что меня заставят обеспечить подходы к воде, а ценность участка с обременениями, естественно, упадет. И что же требуется от меня, что я могу сделать в этой ситуации? – недовольно спросил я, отметив для себя, что начинать работу, придется с разборок.

    Забей с ними стрелку, встреться, поговори, узнай подробнее их требования, посмотри, что за люди, есть ли среди них опасные для нас – ну, да не мне тебя учить! Ни да, ни нет им пока не говори, потяни максимально время, да и адреса этих людей постарайся узнать, особенно, где их дома расположены в поселке, - поведал он. Я слушал молча, без комментариев, все казалось, понятно, осталось только получить от него первые контакты.
 

   Дошел Брат и до них. Главный мой недруг работал, до недавнего времени, заместителем директора крупного оборонного предприятия, но сейчас, вроде, уже на пенсии, да и предприятие давно разваливается, – он недовольно поморщился. Он там еще кем-то продолжает работать, на пенсии. Название этого предприятия я тебе скажу, и еще дам координаты председателя земельного комитета того района, где расположены мои участки – это наш человек! – небрежно махнул он рукой. Через него установишь остальные контакты в городе.

    Главное – тебе надо будет познакомиться с архитектором. Сразу заключай с ним контракт на проектирование большого жилого дома на участке. Жилого дома? – несколько удивленно, переспросил я. - Конечно, яхт-клуб сразу строить нам никто не даст – на дом-то потребуется много согласований! Ну да, разберешься на месте, когда начнешь работать!

    И последнее – отдельная просьба к тебе, - понизил он голос. Еще одна! – отметил я, про себя. - Работал у меня помощник – сделал он многое, не буду отрицать, да в отказ ушел, хотя я десять тысяч долларов передал ему уже наличными. При этих словах я скривился. Зачем ты передал ему эти деньги! Надо было мне их отдать, а я уже с ним рассчитывался бы постепенно. А так, конечно, теперь ему мало показалось! Не отвечая на мою реплику,  Брат продолжил, - поработал он много, собственно говоря, он и нашел эти земли, не вылезал из земельного комитета, на вокзале там ночевал. Да вот, теперь он недоволен, остался, понял стоимость земли – и конечно, ему захотелось большего вознаграждения! Усмехнувшись про себя, я отметил, что это не первый случай, когда Брат кидал своих партнеров. Так он теперь грозит переметнуться к другой довольно сильной группировке, которая имеет интересы в этом регионе, а все детали сделки он знает хорошо, людей знает, которые ставили подписи, да и из бумаг у него кое-что осталось – не все там гладко! – вздохнул Брат. Какой группировке – он не стал уточнять. Словом, тебе надо будет с ним встретиться и поговорить, ну, сам понимаешь, о чем, опыт у тебя большой, и здесь тебя учить не надо!

    Опыт! – при этих словах я поморщился, как от зубной боли. Уже очень давно я, кандидат технических наук, вместо преподавания в институте и научной деятельности, вынужден был заниматься охранными делами. Пистолет боевой таскал больше десяти лет – надоел он мне тогда порядком! Что за человек – кто он? – поинтересовался я, прикидывая детали предстоящего разговора с ним. - Да ничего особенного, бывший армейский офицер – майор. Где служил? – продолжил я расспрос, ожидая услышать что-то о спецназе или десанте. Музыкант он, оркестром военным командовал! – аж, скривился Брат, - ничего серьезного!

    В комнату вошел Дед, держа в руках две чашки кофе, и наш разговор наступила пора сворачивать. Вот тебе все координаты – действуй! Брат размашисто написал несколько строк на листочке, лежащем у меня на столике, и принялся собираться. Да, чуть не забыл! – спохватился он уже на выходе, в прихожей. Там, в городке, где сидит вся администрация, мне сделали проект энергоснабжения моего участка. Забери его, я уже заплатил за него большие деньги. Кстати, если получится, закажи через этого дядьку нам пропуска в зону. Где найти главного энергетика – подскажет председатель земельного комитета – все начинай работу! Копии свидетельства о собственности на землю он оставил на столе. После его ухода я заварил крепкий кофе и, потягивая его, посматривал на доллары, в беспорядке лежащие на столе – что ждет меня на этот раз – быстрое обогащение или пустая трата времени?

    Поездку в городок, где находится администрация, я наметил на начало следующей недели. Как-то быстро наступило и время отъезда – и мне повезло с погодой в тот день! С утра стоял легкий морозец, дорога казалась сухой, ярко светило солнце, напоминая, что вот-вот весна полностью вступит в свои права. Манила дальняя дорога – поездка обещала принести новые впечатления! Быстро собравшись, я направился к стоянке за машиной. Как обычно за последнее время, возникли трудности с выездом из города, пришлось изрядно постоять в пробках, но когда я выехал за пределы кольцевой дороги, то поехал уже свободно, обгоняя размеренно катящиеся по трассе грузовики. Дорога казалась свободной и, развив приемлемую для своей Волги крейсерскую скорость в сто десять километров, я с интересом посматривал на мелькающие по сторонам деревни, леса и поля. Снег здесь, за городом, отличался белизной и свежестью и, несмотря на уже теплое солнце, лежал вокруг глубокими сугробами.
 

   Минут через сорок езды по трассе я остановился у придорожного кафе и, выпив, для подкрепления сил чашку черного кофе, снова тронулся в путь. Дальняя дорога дает какое-то ощущение свободы, кажется, ничто тебя не останавливает – катись, куда хочется! Машина ровно шла, мотор монотонно ревел, и я, ведя ее к цели, начал немного подремывать. За сто километров от Москвы пейзаж как-то незаметно переменился – больше стало дыма из труб окрестных домов, реже стали попадаться рынки стройматериалов, все чаще лес сплошной стеной стоял по обе стороны дороги.

    Немного утомившись, за рулем, я по старой своей привычке, решил сделать небольшой привал – размяться, подышать свежим воздухом, да заодно и машину протереть немного масляной тряпкой, для блезира. Отъехав чуть в сторону от трассы, и остановившись, сделал несколько резких взмахов руками, да принялся за машину, и скоро ее бока заблестели, отражая мартовское солнце и улучшая мне настроение. Взбодрившись, таким образом, собрался в дальнейший путь.

    Стоило мне немного отъехать, как увидел последствия аварии – на встречной полосе дороги стоял трейлер с сильно смятой от лобового удара кабиной, уже порядком занесенный снегом. Судя по всему, столкновение произошло вчера или даже ранее – за два дня до этого шел снег. Перед разбитой машиной виднелся целехонький зеленый УАЗ с мужчинами в тулупах, охранявшими груз трейлера. Эта картина тут же напомнила об опасностях, подстерегающих на дороге, и чуть сбросив скорость, я стал внимательнее смотреть вперед. Время быстро летело, леса по-прежнему мелькали по обе стороны дороги, и я снова почувствовал усталость.
 

   Сколько же еще осталось ехать – по моим расчетам – недолго, а дороге не видно ни конца, ни края! Пора справиться у кого-нибудь – далеко ли еще добираться до нужного мне городка? Трасса пошла довольно круто вверх, потом вниз, и с возвышения открылся замечательный вид на леса и поля вокруг, залитые ярким весенним солнцем. На душе стало намного веселее. Под горку машина покатилась быстрее и, завидев впереди одиноко стоящую на обочине женскую фигуру, я принялся резко тормозить. Быстро остановиться у меня не получилось, я пролетел, наверное, метров двести вперед и, наконец, остановившись, принялся сдавать машину задним ходом обратно. Худенькая черноволосая девушка, увидев, что машина возвращается, быстро пошла мне навстречу.
 

   Далеко ли еще до городка? – поинтересовался я, когда она открыла дверь. Нет, впереди будет пост ГАИ, за ним – поворот направо, а дальше – через лес, - ответила она, наклоняясь в салон. Садись, покажешь! – кивнул я ей, не сомневаясь, что она не  откажется от приглашения. Ты что – работаешь? – без обиняков спросил у нее, когда машина снова набрала скорость, и колеса монотонно зашумели по шершавому асфальту. Работаю, - подтвердила она. А какие расценки? – поинтересовался я, так, неизвестно зачем, из чистого любопытства.
 

   Девушка ответила – получалось, три разные суммы, а за что, я так и не сумел разобрать из-за шума колес. А это место ты хорошо знаешь – где администрация, где гостиница? – спросил я у худенькой девушки про нужный мне городок. Про гостиницу поинтересовался по старому солдатскому правилу – неизвестно, на сколько придется задержаться, а возвращаться в темноте не хотелось. Я там все знаю! – подтвердила она уверенно. Поехали со мной, в гостиницу, отдохнешь, городок покажешь, – предложил я ей, по ходу прикидывая, чем еще она может быть мне полезна. В гостиницу? – девушка озадачилась. – Да меня не пустят! Я покосился на ее сомнительное куцее пальто. Со мной пустят! – успокоил девушку, про себя отмечая, что провести ее и в самом деле будет не так-то просто. Нет, в гостиницу не поеду! – немного подумав, решительно отказалась она. Скоро впереди будет стоянка трейлеров, высади меня там! Рассказав, подробно, как доехать до городка, и где найти здание администрации, она вышла из машины, едва я остановился рядом с грузовиком. И что за работа у нее такая – столько риска на дороге! – сокрушался я, отъезжая от стоянки.
 

   Почто сразу, слева от трассы потянулся рыбный рынок, за ним – пост ГАИ, и нужный мне поворот направо. Дорога пошла через лес, а за ним возникли первые строения пока незнакомого городка. Следуя указаниям своей случайной спутницы, очень скоро я выехал на центральную площадь. Вот и двухэтажное здание рядом с кинотеатром – там земельный комитет, а вот и здание гостиницы, где можно будет заночевать, если задержусь. Захотелось посмотреть на городок, где предстояло работать и, оставив машину у гостиницы, я вышел на площадь.

    Солнце по-прежнему ярко светило, подогревая мои радужные надежды на скорое обогащение, хотелось пройтись по узким улочкам, просто прогуляться. Но, вспомнив о делах, и оставив осмотр достопримечательностей на потом, я направился в гостиницу узнать о наличии мест. Полулюксовый номер оказался свободен, и стоил, по московским меркам, не дорого. Попросив администратора оставить его за мной, я пешком, через пустую площадь, направился к зданию, где располагался земельный комитет. Председатель оказался на месте. Выглядел он не сказать, что бы солидно а, пожалуй, довольно просто, и похож был больше на хитрого деревенского мужичка, каковым, скорее всего, и являлся. Невысокого роста, с черной густой бородой, в валенках и какой-то толстой душегрейке – в помещении оказалось довольно прохладно. На стенах висели старые плакаты, и вид комитета с бедной казенной мебелью внутри напоминал школьный коридор. Вид-то у тебя, председатель, простоватый, да не такой ты простой, дядя! – отметил я про себя, вспомнив о пачках зеленых денег, перекочевавших в его карманы.

    Я же предупреждал Вашего брата, что шум большой поднимется! – эмоционально начал он, едва мы познакомились, когда я без церемоний вошел к нему и устроился на стуле напротив. Поселок маленький, въезд туда закрыт, люди непростые живут, а тут – целый берег забрать! Меня уже посещала делегация, жалобу они готовят в прокуратуру! Я как раз занимаюсь этим вопросом сейчас, скоро встречаюсь с их представителями и, надеюсь, спустить дело на тормозах, - успокоил я председателя, еще не имея конкретного плана действий и не зная точно – а получится ли это у меня? Он немного успокоился после моих заверений. Поговорив с ним о том, о сем, об администрации, о работе, я уяснил, что человек он очень осторожный, лишних движений делать не будет, и в качестве помощника в этом городке, мне надо присмотреть кого-то другого.

    Мне нужно забрать проект энергоснабжения участка у главного энергетика, да и с архитектором местным не мешало бы познакомиться – где их найти? – перевел я разговор в практическое русло. Председатель охотно вызвался проводить меня до энергетика, видимо, уяснив для себя, что меня надо скорее познакомить с другими людьми, что бы его оставили в покое. 
 

   Мы сели в мою Волгу, и буквально, через пять минут подъехали к жилому дому, стоявшему недалеко от реки. Оставив машину, поднялись на пятый этаж. Энергетик сейчас дома, болеет, - пояснил председатель, а я про себя отметил простоту здешних нравов. Дверь нам открыл довольно крепкий мужчина примерно моих лет. Его румяный вид говорил о хорошем здоровье и, видимо поэтому, он смущенно комкал в руках маленький платочек, изредка поднося его к носу. Валерий Иванович! – представился он, крепко пожимая руку.

    После приветствия энергетик вынес две толстые папки – два экземпляра проекта, составленного им же, и я про себя отметил, что этот дядька, пожалуй, может быть мне полезен. Он же охотно, несмотря на болезнь, вызвался проводить к архитектору, чему председатель земельного комитета очень обрадовался, и тут же откланялся, вспомнив о неотложных делах, и на радостях даже отказался от того, что бы его подвезли до места.
 

   В машине я вспомнил о пропусках в зону, и поинтересовался – не поможет ли Валерий Иванович их получить? Без всяких проблем, давайте ксерокопии паспортов и фотографии, – ответил он радостно. Предусмотрительно, я уже заготовил все это, причем, фотографию Брата отодрал от старого удостоверения охранника и, потянувшись за папкой, передал ему бумаги, и деньги, заодно уже. Папка у меня была, не такая роскошная и толстая, как у Брата, напротив, тонкая и дерматиновая, и ничем не примечательна, если бы не одна деталь, незаметная для окружающих. Вверху виднелось небольшое отверстие – пулевое отверстие, напоминая мне о былых бесшабашных временах моего директорства охранным предприятием.

    Если потребуется переговорить с главой администрации – Вы сможете устроить встречу? – спросил я, без обиняков, своего провожатого. А что, уже есть такая необходимость? – поинтересовался Валерий Иванович. Пока нет, но может возникнуть, - пояснил я, отметив про себя, что я не ошибся в нем. Устрою, когда необходимо будет, - подтвердил главный энергетик. А на участок проводите, земли показать? – уже без сомнений, попросил я его. Сейчас там делать нечего – все сугробами глубокими покрыто, мы и не проедем, – объяснил он ситуацию. А как только снег сойдет – съездим, непременно. Итак, провожатого я себе нашел – уже хорошо! 

    Архитектор сидел на самом краю городка, и мы долго петляли по пустым улицам, объезжая большие ямы, наполненные талой водой от тающих вокруг больших сугробов. Наконец, подъехали к маленькому одноэтажному зданию, больше похожему на котельную, чем на контору. Машина, погрузившись в воду чуть ли не на полколеса, переехала через глубокую мутную лужу, объехать которую не представлялось никакой возможности, и остановилась у крыльца. Сюда! – позвал энергетик, и мы вошли в комнату у самого входа. Архитектор уже ждал нас – он стоял у окна и видел, что подъехала машина. На вид он оказался крупный мужчина в возрасте, с бородкой и добродушным выражением лица. Энергетик познакомил нас и деликатно вышел на улицу – покурить. Я буду ждать Вас у машины, - пояснил он, удаляясь.

    Что же, давайте сразу перейдем к делу, - задал я деловой тон разговору и, в двух словах описал ситуацию с земельными участками. Закончив, тут же предложил Архитектору заключить договор на проектирование жилого дома на берегу водохранилища. Это в какой же части берега вы собираетесь строить? – несколько озадачился он. Я еще не ездил на место, и не имею представления, - ответил я напрямую. Валерий Иванович, вот, обещал свозить, когда снег сойдет, - махнул я рукой вслед ушедшему энергетику. Но, давайте ждать не будем а, положимся на Ваши рекомендации, - предложил я ему. Архитектор подошел к своему столу, полностью заваленному различными документами и, достав большую карту, развернул ее, прямо поверх своих бумаг. Эта оказалась подробная армейская карта, хорошо знакомая мне по военной кафедре – в свое время мы много работали с ними.

    Наконец-то, впервые появилась возможность увидеть расположение земли Брата на карте, до этого я только слушал о ней. Вот поселок, вот берег, - водил Архитектор карандашом. Вот этот участок, - он показал на карте, - принадлежит теперь Вашему Брату. Строить, скорее всего, можно будет только здесь, остальные места болотистые, топкие - карандаш оставил на карте жирную точку.
 

   Значит, здесь, - кивнул я, полагаясь на его опыт. Готовьте договор, только дом должен быть внушительных размеров. Потребуется много согласований, - пояснил, нерешительно Архитектор, и перечислил, какие именно. Сейчас я уже не помню их количество но, кажется, их насчитывалось восемь или девять. Возьмете согласования на себя? – предложил я ему, рассчитывая, что он не откажется. Он и не отказался. Только с водной инспекцией сразу возникнут трудности, - предупредил Архитектор. С ними решим вопрос, - не задумываясь, ответил я. То, что у нас в стране можно решать любые вопросы и с любыми людьми, для меня давно не являлось новостью.

    Сумма договора оказалась смехотворно мала, а аванс, который он попросил, и того меньше, что вызвало у меня тоску по былым временам, когда никому не надо было совать пачки помятых денег, а все вопросы решались по-другому. Стеснительный Архитектор, судя по всему, довольствовался малым. Столько же, тут же, на месте, я отсчитал ему наличными, строго предупредив, что бы к работе он подошел со всей серьезностью. Я постараюсь, - ответил он. Буду приезжать в ваш городок каждую неделю, смотреть на результаты Вашей работы, - сказал я, на прощанье. Один экземпляр армейской карты Архитектор передал мне.

    Отвезя, домой главного энергетика, я остановился в раздумье – что делать дальше – возвращаться сейчас, или остаться переночевать? Подошло время обеда, и я трезво рассудил, что правильное решение придет после него. Вернувшись на знакомую центральную площадь, оставил машину там и пешком направился к небольшому кафе, которое уже приметил, проезжая мимо с Валерием Ивановичем. Внутри него показалось довольно уютно, посетитель был я один и, заказав обед, после некоторого колебания попросил и водки – с устатку можно и расслабиться! Обед оказался очень вкусный, домашний, и чем больше я сидел в тепле, тем меньше мне хотелось куда-то ехать сегодня. Заказав еще немного водочки, принял окончательное решение – остаюсь!

    Номер в гостинице выглядел довольно скромно, но я не привередничал – на одну ночь вполне сойдет! Вздремнув пару часиков, для восстановления сил, отправился на осмотр достопримечательностей. Передо мной открылся старый русский городок, переживший не одно переименование, но по своему укладу не сильно изменившийся. Красиво смотрелись маленькие купеческие домики, узкие улочки, речка, протекающая через городок и несколько церквей, стоящих на высоком холме – умели раньше выбирать место для их строительства! То, что за ними располагается отделение милиции и здание суда, я узнаю несколько позднее. Пользуясь погожим вечером, на улицы вышла местная молодежь, чинно гуляя большими компаниями, слышались разговоры о предстоящей скоро какой-то свадьбе. Весь городок казался мирным и спокойным. Стемнело и, нагулявшись, я вернулся в свой номер. Полистав немного венгерскую книгу, которую возил с собой в машине, собрался спуститься вниз, в бар – скоротать вечер, а заодно и посмотреть поближе на здешние нравы. Людей внизу оказалось уже довольно много, в баре стоял густой дым от сигарет, верхняя одежда висела на вешалках и на спинках стульев. Едва я устроился за столиком, как вошедший в помещение мужчина в распахнутой дубленке обратился ко мне с вопросом, - Вы не возражаете, если к Вам за столик присядут еще три девушки? Приглашай! – кивнул я согласно.

    Тут же за столиком оказались три девицы. Не сказать, что бы молодые – лет под тридцать, и только одна из них казалась симпатичной – две других были довольно полные. Стол был маленький, мы сидели лицом друг к другу и девушки, едва устроившись, тут же приступили к расспросам. А что вы делаете в нашем городке? – спросила та, которая симпатичнее. Вы на машине приехали, а Вы закупаете что-нибудь? – добавили ее подруги. На машине, – подтвердил я, немного растерявшись от такого напора. А где она? – тут же последовал новый вопрос. У входа стоит, - кивнул я, показывая на окно. Что-то не вижу! – девушка, аж, наклонилась в сторону, пытаясь рассмотреть машину, а мне пришлось отклониться. На мгновение даже мелькнула мысль – не утащили ли мою драгоценную Волгу? А-а, теперь вижу! – успокоила меня она. Уяснив, что угощать их никто не торопится, девушки заказали себе по банке пива, и продолжили задавать вопросы.

    Так, что вы здесь закупаете? – поинтересовалась, на этот раз, полненькая девушка слева от меня. Ее румяное свежее лицо выражало такую непосредственность, что я только устало, отмахнулся, – все уже давно закуплено! Скоро девушки отправились плясать, но не все три сразу, а по две – одна оставалась за столиком. У нас шла обычная в таких случаях беседа за жизнь, и из-за громкой музыки приходилось наклоняться, что бы услышать друг друга.
 

   Здесь очень шумно, я плохо слышу, можно подняться в номер и продолжить беседу, – предложил я девушкам, когда они втроем снова оказались за столиком. Денег надо будет дать! – наконец, объявила одна их них. Денег! – я искренне удивился, - какие деньги! Шоферы – дальнобойщики за соседним столиком, без церемоний, слушали наш разговор, даже чуть повернувшись в нашу сторону. Ну, да мне было все равно, и девушкам, похоже, то же. Со здешними нравами все ясно – сделал я окончательный вывод, не сильно они отличаются от остальных мест. Ну, мне спать пора – режим, извините, - попрощался я с девушками и, оставив на столе недопитую банку пива, отправился набираться сил на завтрашний день и дальнюю дорогу к дому.            
 

    Проснувшись, на следующий день, обнаружил, что погода существенно испортилась. Ничто больше не напоминало о вчерашнем солнце. Небо заволокли свинцовые тучи, поднялся ветер, посыпался какой-то мелкий все усиливающийся снег. Позавтракав, на скорую руку, внизу, в баре, где вчера вечером отплясывали три мои случайные знакомые, я собрался в городок – на экскурсию, полагая, что накануне осмотреть успел далеко не все. Пока все намеченные дела были сделаны, можно собираться и в обратную дорогу, а перед этим не мешает подробно изучить городок, с администрацией которого мне предстояло работать. Но гулять под завывающий вой ветра быстро расхотелось. Дойдя до реки и, постояв немного на мосту, я повернул обратно. Номер оплачен до двенадцати часов, до этого времени поваляюсь, почитаю, а там – тронусь в обратный путь, - принял я мудрое решение. Так и поступил. Включив, для уюта, настольную лампу, почитал книгу и, в одночасье, собравшись, вышел заводить машину, уже порядком облепленную снегом.
 

   Знакомой теперь дорогой выехал из городка и, пропетляв по лесу, покатился по трассе. Мокрый снег все усиливался, бил по машине зарядами. Из-за плохой видимости пришлось существенно сбавить скорость, да тут еще пробило выхлопную трубу, и дальше ехать пришлось под оглушительный треск. Потянулась унылая однообразная дорога. Через пару часов такой езды незаметно подошло и время обеда. Впереди, сквозь пелену снега, как-то сразу возникло довольно приличное кафе, и я направил машину туда.

    Внутри обстановка показалась довольно уютной – это, скорее, был ресторан. Сразу захотелось снять напряжение дальней дороги, расслабиться, посидеть в тепле. Как можно быстро снять напряжение – конечно, водкой и, заказав сытный обед, я, грешным делом, попросил и водочки. Рискну, в такую погоду ГАИ на дороге что-то не видно! – решил я, уже в который раз подвергая себя риску. Пообедав, заказал кофе, попросив сделать его покрепче.
 

   После сытного обеда и выпитой водки меня разморило, выходить из уютного придорожного кафе совсем не хотелось, и я тянул время, потягивая ароматный кофе маленькими глотками. Через прозрачную занавеску было видно, как около крыльца остановился старый джип, тут же облепленный мокрым снегом, и из него вышли трое мужчин. Спустя минуту они зашли внутрь, и расположились за столиком недалеко от меня. Среди них сразу выделился старший, так как он бодро командовал своими товарищами и отдал указания подошедшему официанту. Заказал он много яств, подбадривая своих спутников – ешьте, заслужили! Взяли они и водочки. Скоро старший дядька вспомнил, что нужно позвонить какому-то Борису Яковлевичу – доложиться.

    Телефонный разговор тут же привлек мое внимание. Да, намотались мы здорово, объездили все вокруг, а тут такая непогода, заехали вот, в столовую, картошечки горячей поесть! – помигивая своим спутникам, говорил мужчина. Да, встречались и с председателями земельных комитетов, и с главами местной администрации, осмотрели все интересные участки земли, - тут он понизил голос, - которые еще остались. Да, есть пара интересных мест по шесть гектар, - ответил он невидимому собеседнику. Да, сейчас пообедаем, и сразу в офис возвращаемся, - подтвердил мужчина. Ага! – сказал я себе. Целенаправленно объезжают и скупают оставшиеся участки земли – спохватились, голубчики!

    Дальше обратная дорога запомнилась только благодаря непрерывно мелькающим за лобовым стеклом дворникам да еще сплошной пеленой мокрого снега, без остановки сыпавшего с небес, да еще треском двигателя, на который я уже перестал обращать внимание.

    На следующее утро, устроившись в кресле, я подвел первые итоги. Итак, ознакомительную поездку можно считать удачной, если не принимать во внимание сломанную выхлопную трубу, требующую ремонта. Но это меня мало беспокоило – Борис Федорович, знакомый механик со стоянки, быстро устранит неисправность. По делу же, первичные контакты установлены, архитектор уже работает над проектом, пропуска в зону будут сделаны а, главное, мои связи с администрацией городка через первых знакомых, обязательно будут развиваться и дальше. Это я хорошо знал по своему опыту, и особенно, из новых знакомых выделил главного энергетика – он точно окажется, весьма полезен в будущем! Скоро сойдет снег, и тогда работа закипит!

    А за тот месяц, что остается до схода снега, предстоит сделать многое. Я стал прикидывать очередность своих действий на этот период, выделяя наиболее, на мой взгляд, главное. Итак, лучше, конечно, действовать не только одному, а следует обратиться за помощью в солидную фирму, торгующую недвижимостью, возможно, заключить с ними договор. Пусть опытные риэлтеры поработают, а я, кстати, посмотрю на результаты их работы. Независимо от них, а вернее, до встречи с ними, следует дать рекламные объявления о продаже земли.

    Интернет я тогда только начал осваивать, поэтому, больше полагался на печатные издания, опираясь на опыт продажи своей охранной фирмы. Деятельность в то время я развернул обширную и, результаты, соответственно, были налицо – фирму я тогда удачно продал. Причем, продал солидным людям, и она успешно работает до сих пор, с девяносто второго года. А как только появятся первые покупатели, – прикидывал я, - посмотрю на их количество, заинтересованность, а там, можно будет и подкорректировать свои действия в зависимости от спроса, а то и цену земли повысить – Брат возражать не будет!

    Сладкие мысли о предстоящем доходе возникли тут же, и я старался гнать их, не позволяя им, раньше времени овладевать мной, но они незаметно возвращались в образе новой машины, поездок в любимую Венгрию, да мало ли еще, что можно пожелать, имея в кармане толстую пачку долларов! То, что дело должно выгореть – сомнений у меня не оставалось – собственность на землю подтверждена красивыми бумажками с голограммой, а покупатели на такой лакомый кусок обязательно найдутся – только вопрос времени! А когда ясно, как нужно действовать, то и на душе становится спокойнее!

    Подведя первые итоги, и позволив себе отдохнуть денек-другой после дальней поездки – за это время починили мою машину, я вспомнил о просьбе Брата установить контакт с его недругом, выяснить его дальнейшие намерения, и по возможности, взять ситуацию под свой контроль. Да, этим надо срочно заняться! – решил я после недолгих раздумий, отодвигая встречу ч музыкантом- майором на потом. Земля с обременениями куда менее привлекательна для покупателя, а продавать ее предстоит мне! Тут мне вспомнился председатель земельного комитета, отбивающийся от ходоков из поселка, и я усмехнулся – интересно, какие доводы он им приводит? На недруга Брата, однако, надо выйти, найти его. Первичную информацию Брат мне передал – оборонное предприятие и должность того заместителем директора в прошлом. Не сказать, что бы много, но и не мало, есть, с чем начинать работать. А, взявшись, с этим делом справился, на удивление, довольно быстро.

    Узнав точный адрес оборонного предприятия, я направился туда, еще не имея четкого плана действий а, рассчитывая разобраться по ходу, на месте. Предприятие находилось на окраине города, в промышленной зоне, и снаружи представляло собой довольно длинное и солидное здание. Узкая дорога вокруг него была полностью заставлена машинами так, что я смог припарковаться, только порядком отъехав, на заснеженном пустыре. Вернувшись пешком, тут же направился к центральному входу, и обратился в диспетчерскую с просьбой помочь найти нужного мне человека – раньше, вроде, он работал заместителем директора. Для солидности продемонстрировал свое старое пластиковое разрешение на пистолет, на котором большими красными буквами красовалось – МВД.
 

   Сразу почувствовалась четкость и организованность, сохранившаяся, видимо, еще с былых времен, и не прошло и двадцати минут, как в холл вышел интеллигентного вида высокий крепкий мужчина в свитере, с небольшой бородкой, недоуменно озираясь вокруг – кто это хочет его видеть? Поднявшись из кресла, я сделал несколько шагов ему навстречу, - здравствуйте, это я просил Вас подойти.

    Мой Брат – собственник земли на берегу у поселка, с которым Вы повздорили, попросил меня встретиться с Вами и обсудить этот вопрос. Мы намерены начать там строительство яхт-клуба, и я буду руководить этим строительством, - объяснил я свое желание увидеться с ним, не считая нужным скрывать информацию о строительстве и вести долгие подготовительные разговоры. Очень хорошо! – он сделал жест рукой, приглашая садиться за столик, стоящий в холле под развесистым зеленым деревом в большой деревянной кадке. Мы устроились за столиком и дядька, покопавшись в нагрудном кармане, достал свою визитную карточку и протянул ее мне. У меня только старая визитка осталась, - с сожалением, ответил я, передавая свою и одновременно смотря его визитку. Васильев, - прочитал я на ней. Первую часть дела можно считать выполненной.

    Дело не в том, что мы с Вашим братом повздорили, а в том, что отчуждается берег, а  есть заинтересованные люди в поселке, имеющие большой вес в обществе, и нам хотелось бы встретиться с Вами уже в расширенном составе. В расширенном, так в расширенном, - кивнул я. Мне было все равно, с кем встречаться. При этом в памяти всплыла неказистая фигура председателя земельного комитета – наверняка, расширенный состав уже подъезжал к нему. Усмехнувшись про себя, я спросил, - где и когда состоится встреча? Нам потребуется неделя-другая, что бы все обсудить. И когда мы примем решение, я позвоню Вам, - предложил Васильев. На этот и остановимся, жду Вашего звонка, - ответил я, вставая и раскланиваясь с новым знакомым. Что же, и вопрос о встрече то же решен – интересно будет посмотреть на эту команду, имеющую вес в обществе! – подумал я про себя, отъезжая от бесконечно тянущегося вдоль дороги здания оборонного предприятия.

    Они у тебя кусок земли потребуют! – первое, что сказал Брат, выслушав по телефону доклад о результатах моей встречи. Этот деятель уже на пенсии, а напоследок, кусок земли решил приобрести, понимает, что больше у него таких возможностей не будет – потяни время! Что нужно тянуть время – это я хорошо понимал и без его указаний. В умении тянуть время мне не было равных! Благодаря этому умению, сколько важных дел оказались перенесены на потом, до многих из них так и не дошли руки!    
    Нужно будет с тобой пересечься и получить от тебя нотариально заверенные документы на право продажи земли, - продолжил я наш телефонный разговор. Я намерен обратиться в риэлтерскую фирму за помощью, а они, конечно, потребуют от меня доверенность. Подъезжай, на той неделе ко мне, рядом работает знакомый нотариус, он все оформит, без проблем, - согласился Брат.

    В оговоренное время я подъехал на другой конец Москвы, где он проживал. Нотариус, хоть оказался и знакомый, но без очереди нас не принял, и ждать пришлось довольно долго. Наконец, на меня оформили доверенность с правом продажи, но без права получения денег. За деньгами подъеду я сам, – ответил Брат на мой недоуменный вопрос. Впрочем, особых иллюзий я и не питал на этот счет, хорошо зная манеру его поведения по предыдущей работе.

    Подошло время обеда, и мы зашли перекусить в ближайший ресторан. Поели, выпили немного. Я поведал ему о своих ближайших планах, рассказал о риэлтерской фирме, на которой остановил свой выбор. Больше, чем на два месяца, договор с ними не заключай! – посоветовал он. Так и собирался сделать, - кивнул я, согласно. Кстати, я звонил твоему майору – музыканту, но он отказался со мной встретиться. Вспомнив, что пытался вызвать того на разговор, но майор уклонился. Потребуется привлекать людей, и расходы возрастут соответственно, если срочное это дело, – сказал я прямо. Ладно, сам с ним разберусь, - ответил он. Вроде, он затих, на время, а там посмотрим.

    Дальше разговор зашел об охоте и я, вспомнив, что во владениях Брата видел много фазанов как раз в это время, выразил желание приехать, поохотиться, заняться браконьерством, правильнее сказать. Мне надо у жены спросить, не знаю, согласится ли она, - фактически, отказал он в моей просьбе, словно территория его усадьбы равнялась не восьми футбольным полям, а напоминала комнату в коммунальной квартире. Я скривился, услышав про его жену – женился он на своей секретарше.

    Ты когда в армии служил рядовым, и все офицеры твоего железнодорожного батальона жили у нас безвылазно со своими женами эти два года, тогда твоей секретарши и в помине не было! – напомнил я ему, выразив недовольство отказом. Словом, между нами произошла серьезная размолвка – расстались мы довольно холодно. Ничего, дело есть дело, а его эмоции – не самое главное – переживет! – решил я для себя, но время покажет в дальнейшем, что здесь я сильно заблуждался.

    Васильев позвонил через неделю, едва я закончил с размещением рекламных объявлений о продаже земли. Мы готовы с Вами встретиться, подъезжайте в центр города, там, в подвале, расположена художественная мастерская, в ней и поговорим, – предложил он. Художник, кстати, то же проживает в нашем поселке, - добавил Васильев. Диктуйте адрес, - ответил я ему, довольный тем, что дело, наконец-то, сдвинулось с мертвой точки.

    Очень интересно было находиться в центре, не часто выбирался я сюда за последнее время. А когда-то, будучи студентом, много бродил по этим улицам! Пройдя мимо небольшого кафе – подвала Гиляровского, кажется, спустился под горку и через арку вошел во внутренний двор. Небольшое крыльцо, с которого весело капала вода с больших сосулек, уже нагретых теплым весенним солнцем, с вывеской “Художественная мастерская” тут же привлекли мое внимание. Подойдя к крыльцу, я позвонил в блестящий медный звонок – интересно, кто меня встретит? Дверь открыла миловидная стройная женщина средних лет, и пригласила пройти вниз. По ступенькам довольно крутой лестницы я спустился за ней. Меня тут же поразил внутренний вид подвала. Перед взором открылся большой зал, площадью, метров, наверное, сто, не меньше, к тому же, в противоположном конце его вниз вела широкая лестница, открывая еще один зал, расположенный, ниже первого. Там виднелись стоящие посередине мольберты.

    Вопреки ожиданиям, первый зал оказался хорошо освещен естественным светом, лившимся через световые окна вокруг, под самым потолком. Впрочем, еще и яркий свет от ламп освещал угол справа от меня, где за столом, у камина, уже расположилась компания мужчин, с которыми и была назначена встреча. Они непринужденно сидели у стола, не спеша, разговаривали и только чуть оживились при моем появлении. Женщина помогла мне раздеться – за это время я мельком осмотрел картины, висящие на стенах, и предложила пройти к столу. Первым для приветствия поднялся мой знакомый – Васильев.  Он представил меня остальным мужчинам, кроме него, их оказалось еще двое. Один – крупный дядька с красным лицом – бывший военный, как я сразу определил – так оно и подтвердилось, в дальнейшем, и другой – худощавый и молчаливый художник – сам хозяин мастерской.

    Присаживайтесь! – пригласили меня мужчины. Женщина предложила, на выбор чай, или кофе – все присутствующие выбрали чай с лимоном, и она на время покинула нас, предоставив самим обсуждать насущные вопросы. Для начала поговорили так, ни о чем, на нейтральны темы. Красивая у Вас мастерская! – отметил я, оглядывая стены вокруг. Мне что-то ответили в ответ о предстоящей скоро выставке, я кивнул, но пропустил это мимо ушей – не за тем пришел!

    Скоро женщина принесла нам чай, поставила сахарницу и, пожелав приятного чаепития, удалилась. Что же, пора перейти к делу! – согласно решили мы, после того, как первое отчуждение несколько рассеялось, и мои собеседники увидели, что я освоился на новом месте. Без обиняков я повторил, что мы намерены развернуть строительство яхт-клуба на берегу, что уже произошла встреча с городской администрацией, и их предварительное согласие получено. Полным ходом идет подготовка документов. Конечно, - добавил я, - нам не хотелось бы иметь участок, обремененный сервитутом, и это тема для обсуждения. Собственно, для этого я и приехал сегодня, – закончил я свое выступление.

    Воцарилась недолгая пауза, во время которой все участники диспута в задумчивости отпивали уже остывший чай маленькими глотками. Васильев в это время взял карандаш, и принялся рисовать план, как я понял, поселка. Первым нарушил молчание крупный краснолицый мужчина. Он казался весельчаком и балагуром, и оживленно говорил, но так, ни о чем, понять его было невозможно. В его восклицаниях угадывались только пространственные намеки, больше он полагался на свои эмоции. Закончив свою пылкую речь, он торжествующе обвел взглядом всех присутствующих.
 

   Наконец, слово взял мой знакомый Васильев, и картина стала сразу проясняться. Брат оказался прав – им нужна была доля в земельном участке. Причем, не какая-либо доля, на наше усмотрение, а конкретное место, которое они все норовили показать мне на плане, нарисованном Васильевым. А за это нам было обещано всякое содействие в строительстве, и вообще, создание режима наибольшего благоприятствования. Но ведь, в поселке есть еще другие люди – как они отнесутся к строительству яхт-клуба? – усомнился я в их возможностях. Общественное мнение в поселке мы берем на себя! – поспешил меня заверить отставной военный, и при этом его красное лицо надулось от важности.
 

   Но я еще не выезжал на место, даже не видел участок и не представляю, о каком месте вы говорите, - уклончиво ответил я, доставая армейскую карту, взятую у архитектора. Развернув карту, положил ее на стол, закрыв ей сомнительный рисунок берега и поселка. Все с интересом тут же склонились над ней. Вот! – воскликнул Васильев, внимательно изучив обозначения на карте. Карандашом он обвел довольно обширный участок берега. Здесь место болотистое, влажное, большой ценности для строительства не представляет. Мою жену там даже змея укусила! – добавил он, видя, что я с сомнением поглядываю на карту. Неужели! – удивился я, беря паузу в обсуждении размеров доли. Наступила на нее, что ли? – Да нет, просто шла к воде, а та из зарослей ударила! Понятно! – кивнул я.

    Сейчас я ничего не могу вам ответить, - сказал я компании. Пока лежит снег, как мне сказали, там делать нечего – тут мои собеседники согласно закивали головами. Как только он сойдет, я намерен совершить туда ознакомительную поездку, пропуска нам уже изготавливаются, - добавил я, для солидности. Рассмотрю все на месте, оценю, посоветуюсь с Братом, и тогда имеет смысл снова встретиться в этом же составе  - тут я обвел взглядом собеседников, и вернуться к нашему разговору.

    Такой ответ, видимо, удовлетворил всех присутствующих. Даже не принимавший участие в разговоре художник выразил согласие, кивая головой. Мне очень понравилась Ваша уютная мастерская, буду рад оказаться здесь снова, - сказал я ему, на прощание. Меня пригласили заходить просто так, с супругой. Ах, если бы действительно это представлялось возможным – пришел бы непременно! – вздохнул я, но ничего не ответил художнику. 

    Что же, пока, на ближайшее время, вопрос не стоит так остро, как ранее, а что делать дальше,  там видно будет – за месяц много воды утечет! Однако с интересными людьми я пообщался сегодня – уже ради этого стоило ехать на встречу! – все прикидывал я, специально сделав небольшой крюк, что бы пройтись по знакомым местам.

    Ты оказался прав, - сообщил я Брату вечером, во время телефонного разговора. Им нужна земля, да еще и не слабый кусок, к тому же, в определенном месте. В ответ он только рассмеялся. Запиши еще телефон директора охотничьего хозяйства – “Лось” называется, - предложил он настоятельно. Я недавно гостил у него, и оставил ему в подарок свой старый снегоход, может быть, он отвезет тебя на нем, на берег, что бы не дожидаться схода снега. Кстати, когда будешь на месте, узнай, где дом этого деятеля, - напомнил он снова про свою просьбу.

    Интересные перспективы открывались передо мной. Знакомство с директором охотничьего хозяйства обязательно пригодится – даром, что мои ружья лежат без дела, ржавеют! Директор обрадовался моему звонку, правда, предложение съездить на снегоходе, на берег его явно озадачило, он задумался на полминуты. Лед стал уже подтаивать, - нерешительно ответил он. Провалиться в полынью можем! Такая перспектива мне, конечно, не понравилась, хотя я еще и не понимал толком, о чем идет речь. Подумаю, позвоню Вам позднее, - свернул я наш разговор. Потом звонил он мне уже  сам. Спустя некоторое время, рассмотрев все на месте, я просто ужаснулся увиденной картине. Даже представить было трудно, как бы мы с ним ехали по подтаявшему льду двадцать километров!

    После встречи с командой Васильева наступила пора вплотную заняться главным делом – продажей земли. Итак, я снова вернулся в мыслях к своим действиям на ближайший период, прикидывая, на какой же риэлтерской фирме стоит остановить свой выбор. Но, прежде всего, вспомнил о своем решении самостоятельно разместить рекламные объявления. Дело ведь, было не совсем простое, сумма, по тем временам, довольно значительная, на меня могли выйти разные люди, в том числе, и с криминальными намерениями. Не случайно Брат сам не стал этим заниматься, а привлек меня. Он, кстати, обмолвился как-то, что возил на участок двух кавказцев, так те за всю дорогу не вымолвили ни слова, и непонятно было, что можно от них ожидать. После этого случая сам он ездить с покупателями зарекся. Эта ситуация оказалась понятна.

    Размещать в прессе рекламные объявления о продаже мне было не в первой, и всю неделю я посвятил тому, что объехал множество знакомых печатных изданий, составляя тексты о продаже и оплачивая их размещение. Управившись с этим, изучил объявления риэлтерских фирм и главное - отзывы об их работе. Выбрав, наконец, крупную фирму, чья реклама виднелась на каждом углу, позвонил им и договорился о встрече. Место, куда меня пригласили подъехать, оказалось только одним из офисов, но судя по дорогой обстановке – далеко не последним. Встретивший меня сотрудник проводил в комнату для переговоров. Я расположился в большом кожаном кресле. Крупный молодой мужчина в строгом деловом костюме – юрист, проводивший беседу, тут же уяснил ценность земельных участков, и в его вопросах угадывался нескрываемый интерес.

    Быстро продадите? – перебив его речь, спросил я о главном. Далековато немножко, - выразил он сомнение. Наши клиенты хотят, что бы участки располагались поближе к Москве. Дорога хорошая, прямая, езда по ней – одно удовольствие, большая вода рядом – что еще желать! - привел я свои доводы. Вблизи от Москвы таких участков уже и не осталось! Юрист не стал вступать в спор, а попросил разрешения снять копии с документов, и удалился с ними, явно для совета со своим руководством. Вернулся он быстро.

    А почему Вы настаиваете на заключение договора только на два месяца? – снова устроившись напротив меня, задал он вопрос. Да за это время видны будут результаты вашей работы, станет ясно, стоит ли с вами дальше работать, - ответил я, без церемоний.  Договор они подготовили быстро и, внимательно изучив его, я тут же и подписал, не откладывая дело в долгий ящик. Теперь на два месяца я становился, привязан к этой фирме, но большого дискомфорта от этого пока не испытывал. Главное – что бы нашлись покупатели, а через фирму они появятся, или по моим объявлениям – пока не важно, там разберемся!

    Мы работаем, размещаем рекламные объявления, но пока что покупателей мало, так, звонят пока только, интересуются, - ответили мне в этой фирме и через неделю, и через две, когда я связывался с ними, что бы узнать результаты их работы. Да, похоже, зря я на них полагался, только время зря теряю, - отметил я про себя, ровно через две недели. И это хваленая риэлтерская фирма! По моим объявлениям – и то, больше откликов! Первые звонки, действительно, стали уже раздаваться.
 

   За мелкими заботами время быстро летело. Наконец-то сошел снег, земля подсохла и настала пора отправляться на земли Брата, увидеть все самому – скоро туда предстояло возить покупателей, а я еще и представления не имел об участке. Кстати, звонки по моим объявлениям стали учащаться, люди пока осторожно интересовались – что за участки, да где, точнее расположены – действительно ли, у самой воды? Отвечать приходилось уклончиво – да, мол, у самой воды и расположены. А что за берег, какая почва, какие деревья вокруг – этого я не знал, и большей информации дать пока не мог. Да и Васильев уже пару раз звонил, интересовался – не съездил ли я в поселок? Словом, наступила пора связываться с моими знакомыми в далеком городке, и договариваться о поездке на берег.

    Главный энергетик, Валерий Иванович, казалось, уже ждал звонка, и тут же выразил готовность проводить меня в поселок, добавив, что пропуска на нас с Братом уже давно готовы. Знакомая дорога до городка показалась короче, и в пути я старался сильно не задерживаться, намереваясь приехать пораньше и вернуться обратно, без ночевки. Перспектива встречи с тремя знакомыми девушками и их расспросы меня просто пугали. Валерий Иванович встретил машину при въезде в городок. Устроившись рядом, на переднем сиденье, он передал готовые пропуска, и мы сразу отправились к водохранилищу.

    От трассы мы отдалялись все дальше и дальше. Вокруг казалось довольно сухо, и все дышало какой-то свежестью, словно природа затаилась в ожидании скорого буйного расцвета. Дорога вела то вдоль реки, то рядом с какими-то озерами, цепочкой тянувшимися одно за другим, словом, чувствовалась близость большой воды. Стаи птиц кружили над озерами – а в водоемах, наверняка, рыбы полно – отметил я про себя, думая, что может быть, пригодятся и мое ружье и удочка, давно лежащие в багажнике. Мой спутник больше молчал, предоставляя самому оценивать красоту здешних мест.

    Потянулись пустынные места, мы проехали последнюю деревню на десяток дворов, и впереди, наконец-то, показался канал, тянущийся в обе стороны. Наш поворот налево, - кивнул провожатый. Здесь асфальтовая дорога оказалась, конечно, разбита, и пришлось сбросить скорость, объезжая многочисленные ямы. Ни одной машины, ни попутной, ни навстречу, не было видно. Мы катились в одиночестве вдоль канала, видневшегося справа от нас. Эта вода из водохранилища вытекает, – кратко пояснил Валерий Иванович. Я кивнул и спросил, с нетерпением, - далеко ли еще? Да нет, через пять минут упремся в пост охраны, - ответил энергетик. По одному пропуску в зону может проехать одна машина, и все люди, находящиеся в ней, неважно, сколько их, - счел он нужным сделать необходимые пояснения. Скоро впереди показалось препятствие, дорога от городка до него заняла чуть больше сорока минут.
 

   Не доезжая до шлагбаума метров десять, я остановился и вышел оглядеться. Мой спутник, то же выйдя из машины, не торопил меня, давая возможность оценить новое место. Милиционер, показавшись из будки рядом со шлагбаумом, вопросительно смотрел на нас, поправляя автомат на плече. В обе стороны тянулись высокие сетчатые заборы. Правее, на нем, неизвестно зачем, висела тушка довольно крупной утки. За шлагбаумом дорога вела по узкой дамбе, по обе стороны от которой простиралась водная гладь. Вдали, за дамбой, слева от нее, виднелись сооружения насосной станции. Провода от линии высоковольтных передач, блестевшие на солнце, опускались туда, к подстанции. Казалось, на солнце блестело все вокруг – и блики на воде, и алюминиевая крыша сооружений вдалеке, и моя машина и еще одна машина, одиноко стоящая на стоянке перед въездом. Даже будка милиционера – и та отбрасывала солнечные лучи.

    Это было время, когда почва, в основном, уже подсохла от сошедшего снега, вот-вот распустятся первые почки, появится молодая зеленая листва, покажется первая трава. Но еще ничего этого не произошло, и солнечные лучи светили так ярко, словно напоминая – лето на пороге! На таком солнце, и позагорать, пожалуй, можно, - отметил я про себя, думая, что если бы со мной не было спутника, то непременно позагорал бы немного.

    Ну, что, иду к милиционеру? – повернулся я к Валерию Ивановичу, доставая из кармана паспорт и свой новый пропуск, и желая проверить его действенность. Да, конечно, - улыбнувшись, кивнул он в ответ, оставаясь у машины. Милиционер переписал в журнал мои данные, открыл шлагбаум, и без всяких помех мы въехали на охраняемую территорию – вся проверка заняла не больше двух минут.

    Пока проезжали по дамбе, я посматривал на одинокую лодку, привязанную недалеко от будки, и думал о том, что рыбалка здесь, определенно завидная, и охота, должно быть, то же. Обратил внимание на приземистые сооружения насосной станции, вспоминая слова Брата о том, что отсюда, вроде, гонят воду на Москву. После дамбы мы въехали в лес. Здесь дорога оказалась просто ужасная. Собственно, дороги, как таковой, и не было – вдаль тянулась разбитая колея, и если бы не сухая погода, державшаяся последние дни, моя Волга здесь не прошла бы, это точно!

    Да, с дорогой проблемы! – словно читая мои мысли, отметил энергетик. Всего три километра до поселка, но в дождь так развезет – вездеходы, и те застревают! Волга, между тем, переваливаясь на ухабах, медленно шла вперед. Я старался не попасть колесами в глубокую колею, но в дождь мне это бы не удалось. Наверняка соскользнул бы и сел на днище – тогда, хоть кран вызывай! Все собираются отсыпать щебнем дорогу – да когда до этого еще дойдут руки! – вздохнул Валерий Иванович. Да, дорога нужна! – согласился я, про себя думая о том, что если начнется серьезное строительство, то без нее никак не обойтись – грузовики быстро разобьют и без того не бог весть, какую колею, превратят ее в жидкое месиво, просто.

    Лес скоро закончился, и мы поехали по полю, и хотя теперь поднимались на холм, и здесь казалось, совсем сухо, дорога лучше не становилась – колея была все так же разбита. Вдалеке показались дома поселка, а за ними – блестевшая на солнце вода. Я остановил машину на пригорке, и мы вышли из нее – полюбоваться на окрестности. Отсюда, с возвышения, открывался вид на весь берег, приобретенный Братом, на дома поселка, на лес вокруг, а главное – на уходящую вдаль большую воду водохранилища.

    Да, место оказалось великолепное! Я и ожидал увидеть что-то интересное, но то, что увидел, превзошло все ожидания! Несмотря на яркое солнце, слепившее глаза, все вокруг просматривалось, как на ладони. Небольшой, наверное, дворов на пятьдесят поселок на берегу, стройные сосны, подступающие к домам, и вода – большая вода! Только несколько островков, поросших невысокими деревьями, виднелись вдалеке, а дальше – раскинулась вода, которая сливалась на горизонте с голубым небом.

    От крайнего ряда домов до нее оставалось двести метров. Это я хорошо знал из армейской карты местности, которую уже подробно изучил, а теперь имел возможность увидеть все это воотчую. Берег оказался покрыт пожухлой прошлогодней травой, довольно густой и высокой, и только несколько тропинок через нее вели вниз, к воде. Это здесь змеи водятся, - вспомнил я рассказ Васильева. Береговая полоса, как сразу стало понятно, и была земля Брата. С дух сторон, почти вплотную к поселку, подступали высоченные корабельные сосны, слегка раскачивающиеся на ветру. Только с нашей стороны, где лежало поле, лес еще несколько отстоял от поселка. И вода – лучшего места трудно себе представить, да еще и въезд в поселок охраняет милиция! Тут и я иметь дом не отказался бы! Почти в каждом дворе можно было различить перевернутую днищем вверх лодку, виднелись поленицы дров под навесом.

    А где границы маленького участка, а где большого? – обратился я к своему провожатому, налюбовавшись пейзажем вокруг. Там, слева внизу маленький участок, - он показал на крайние дома поселка, а дальше, через полсотни шагов, начинается большой участок. Он тянется, до самого леса, даже, прихватывает его немного, - пояснил Валерий Иванович, показывая рукой, слева направо, обширную территорию. Конечно, получалось, что земля Брата отсекала весь поселок от воды – кому понравится такое дело!

    Наше внимание привлек одинокий УАЗ зеленого цвета, стоящий вдалеке, у кромки поля, и три или четыре мужские фигуры в камуфляже, копошащиеся около него. Их суетливый вид как-то не гармонировал со спокойным пейзажем всего участка. Расстояние до них, оставалось, приличное, метров сто пятьдесят, не меньше, и разобрать, чем они там занимаются, казалось трудно. Скоро один из них принялся делать равномерные движения, как будто рубил топором что-то, лежащее на земле. Да, он точно рубил и, похоже, что тушу зверя. Да кабана они завалили, охотники! – подтвердил провожатый мою догадку. Конечно, для охоты места здесь благодатные – посторонних людей немного! Только, не охота это, конечно, а так, браконьерство. Прикрываясь ладонью, я посмотрел на ярко светящее солнце, и отметил про себя, что погода сегодня вполне гармонировала с моими радужными надеждами на быструю продажу земли, и как следствие – заслуженный отдых у теплого моря.

    Но пора было подумать и о деле. Вернувшись в машину, мы подъехали к крайним домам и, через дворы, спустились вниз, к берегу. Машину я даже не стал закрывать – ни к чему! Валерий Иванович уверенно шел среди дворов – их стояло то всего три или четыре линии, и очень скоро мы остановились у воды. В этой стороне берег оказался довольно топкий, идти можно было только по бревнам, впрочем, у самой воды росли ветвистые деревья и кустарник.

    Здесь геодезист работал недавно, он обозначил границы участка вехами, - пояснил мой провожатый. Мы  немного отошли от воды и поднялись выше, к домам. Скоро можно было различить и воткнутые в землю палки, обозначающие границы земельного участка. Да, не сильно переработался геодезист, - прокомментировал я увиденную картину. Через месяц от этих палок и следа не останется. Валерий Иванович ничего не ответил. Мысленно привязав участок к крайним домам, я запомнил его расположение и кивнул спутнику, - здесь все понятно, идем дальше.
 

   Не спускаясь больше к воде а, двигаясь вдоль берега, по тропинке рядом с домами, мы дошли до другого края поселка. Пока люди вокруг не показывались, только пара машин во дворах напоминала, что кто-то приехал проведать свои участки.
 

   Та часть берега, куда мы пришли, выгодно отличалась тем, что располагалась на возвышении – здесь оказалось значительно суше. Тут же в памяти услужливо всплыл разговор с противоборствующей стороной, вспомнилось, как настойчиво они просили именно эту сторону берега – оно и понятно! По всей видимости, без специальной подготовки, без отсыпки грунта, строить можно было только здесь – у нас под ногами  ощущалась твердая земля, а не болотная хлябь, как левее, откуда мы только что пришли. Я достал армейскую карту Архитектора и сверился с ней – да, он выбрал правильное место для строительства дома.

    Из крайнего дома к нам вышел какой-то полный мужчина – поздоровались, помолчали немного. Интересуетесь? – спросил он, после паузы. Да, вот присматриваемся, может, дом здесь купим, - ответил я ему. Да что покупать – берег уже весь купили, скоро забором обнесут – совсем подхода к воде не останется! – в сердцах, воскликнул мужчина. Да, с таким настроением местного населения мне непросто будет работать, - отметил я про себя и, вспомнив про просьбу Брата, задал дядьке вопрос. Кстати, Вы не знаете, а где здесь дом Васильева? Да вот он! – махнул рукой полный мужчина, показывая на двухэтажное строение из белого кирпича, стоящее неподалеку. Я посмотрел на двор – поленица дров под навесом, лодка, как и у всех – ничего особенного. Все понятно, - кивнул я провожатому, - поехали!

 

    Почти сразу после ознакомительной поездки, по моим объявлениям появился и первый покупатель, который, на мой взгляд, мог бы действительно приобрести земельный участок, если бы что-то не отпугнуло его. В телефонном разговоре он был краток, и встретиться мы договорились на выезде из города, у первой бензозаправочной станции, сразу после кольцевой автодороги. Черный блестящий джип, похоже, что новый, уже ждал, прижавшись к обочине и включив аварийную сигнализацию – так мы договорились, что бы легче было его узнать. Чуть притормозив у машины, и посигналив ему, я махнул рукой – трогаемся!
 

   Поскольку дорогу мы обговорили заранее, во время телефонного разговора, то джип, не дожидаясь дополнительного приглашения, рванулся с места, и быстро скрылся из вида.  Сетуя, я выжимал из Волги все ее возможные сто десять километров, прекрасно понимая, что если покупатель не остановиться на обочине, что бы подождать, то догнать его мне все равно не удастся. Так оно и оказалось – джип периодически прижимался к обочине и, дождавшись Волгу, снова уходил вперед на высокой скорости. Машина у него новая – не наигрался еще! – махнул я рукой на причуды покупателя, не домогаясь больше состязаться с ним в скорости.

    С погодой в то время снова повезло – с утра ярко светило солнце, было безветренно, и о черном джипе я перестал думать, любуясь красотой окрестных лесов и полей. Незаметно подошло время моего отдыха, и, как обычно, я съехал с трассы. Оставив машину на видном месте, я скинул рубашку и, подставив плечи теплому солнцу для первого в этом году загара, немного прогулялся в сторону, по грунтовой дороге. Затем, поднявшись на пригорок, с которого хорошо просматривалась и моя машина, блестевшая на солнце, и близлежащие окрестности, обратил внимание на то, что простирающееся вдаль поле обнесено довольно крепким сетчатым забором. Внутри забора еще ничего не располагалось –  только та же пожухлая прошлогодняя трава, но это был уже участок, явно подготовленный для коттеджного строительства. Уже легко представлялись ряды больших домов, уходящие в даль. Огороженная территория казалась довольно больших размеров – тянулась к лесу, наверное, на километр, да в ширину раскинулась метров на пятьсот, не меньше. Лакомый кусочек отхватили – интересно, кому перепала земля? Об этом оставалось только гадать – но на это у меня не было ни времени, ни желания. Зазвонивший мобильный телефон прервал глубокие размышления. Покупатель волновался – куда запропастилась Волга, он уже давно стоит на обочине! Еду-еду, - успокоил я его, накидывая рубашку и возвращаясь к машине.

    После длительной езды, когда пришла пора сворачивать с трассы на второстепенную дорогу, мы поехали рядом, уже вплоть до шлагбаума. Свою Волгу я сразу поставил на крошечную стоянку, полагая, что на джипе по разбитой колее ехать на берег будет гораздо удобнее. Выходя, захватил с собой бывалую папку с документами – может, на месте пригодиться? Как уже упоминал, на охраняемую территорию по моему пропуску могла проехать любая машина – но только одна, с людьми, сидящими в ней. Отметив пропуск у миллионера, я вернулся к поджидавшему неподалеку джипу. Задняя дверь оказалась уже открыта и, устроившись внутри, впервые рассмотрел покупателей – раньше, за затемненными стеклами, их не было видно. На передних сиденьях расположились крепкий мужчина с короткими кучерявыми волосами, наверное, чуть моложе меня, и его спутница – ничем не примечательная женщина.

    Тронулись, в дороге все больше молчали, колея сама указывала путь, а обсуждать здешние красоты с ними я не испытывал ни малейшего желания. Проехали дамбу, лес, и заехали на пригорок, откуда в прошлый раз, с энергетиком, оставив машину, любовались окрестностями. Здесь дорога разветвлялась на две части – одна, которая шла налево, вела к маленькому участку, другая, огибая лежащий внизу поселок справа – к большому. Джип замедлил ход. Направо, - кивнул я на дорогу. Обогнув поселок, водитель уверенно выкатился на берег, и остановился там, немного не доехав до воды. Втроем мы вышли из машины. Вот, смотрите, оценивайте! – провел я, рукой вокруг, давая возможность покупателям ознакомиться с берегом. Сам же, тем временем, посматривал на них, прикидывая – что за люди пожаловали? То, что решение о покупке земли принимает мужчина, стало понятно сразу. Вывод быстро напросился сам собой, так как он  даже не взглянул на свою спутницу ни разу, напротив, та, семеня за ним, нетерпеливо переспрашивала, - ну как тебе, ну как, нравится?

    Да, понаблюдав еще немного за этой парой, вывод в отношении мужчины я сделал окончательный – это был бывший милиционер, капитан или майор. Откуда у меня появилась такая уверенность? Да за время более чем десятилетней работы в охранном бизнесе, я столько раз общался с милицией, что научился безошибочно угадывать их сотрудников с первого взгляда. Как говориться, рыбак рыбака…. Да и с конца девяностых повалило столько уволенных из органов сотрудников, что их численность в предприятии, которым я руководил, доходила до шестидесяти процентов. В других предприятиях картина не сильно отличалась. Таких капитанов да майоров, за несколько лет работы, перед моими глазами прошла не одна сотня.

    Наконец, женщина уловила какое-то изменение в настроении своего спутника и, повернувшись, решительно произнесла, - давайте копии ваших документов! Немного удивленный быстротой принятия решения, я вытащил из папки листочки и протянул женщине. Взяв их, она повернулась к своему спутнику, – так, берем? Но он не торопился принимать решение, и даже не ответил ей, все так же замерев и глядя, в раздумье вдаль, туда, где, сливаясь с горизонтом, простиралась вода. Ее протянутая рука с документами так и зависла в воздухе. Для себя ли он оценивал берег – не знаю, могу только гадать, но думаю, что не для себя, а для той группировки, которую он представлял.
 

   Подождите минуту! – вернула она мне документы, - нам нужно поговорить! Пожалуйста! – пожал я плечами, беря листочки. Отойдя в сторону, устроился на большом пеньке, предоставляя паре возможность спокойно посоветоваться, а самому полюбоваться на лодку вдалеке, застывшую на воде. Сидя на солнце, вспомнил о своем желании позагорать, и наметил, что вернусь к этому вопросу, как только проясняться их намерения, и они уедут.

    Через пять минут женщина подошла к тому месту, где я устроился, - а половину участка Вы не продадите? Не готовый к такому повороту событий, я на минуту задумался. Надо с Братом посоветоваться, - ответил я ей, набирая номер его телефона. Почему-то в поселке оказалась очень плохая связь, вернее – ее совсем не было. Отсюда, с берега, нельзя было дозвониться, независимо от оператора – у моих спутников то же замолчали телефоны. Они еще постояли около машины какое-то время, переговариваясь между собой. Скоро женщина позвала меня, и мы вернулись на стоянку, перед шлагбаумом, где поджидала моя Волга. Мы задержимся здесь еще, посмотрим на окрестности, - объявила она, когда джип остановился. Попробую связаться с Братом, и перезвоню вам позже, - ответил я ей, недобрым словом вспоминая энергетика, забывшего предупредить об отсутствии связи в поселке.

    Но звонить Брату не торопился. Медленно отъехав от стоянки, продолжал так же медленно катиться по пустой дороге, выбирая место, где можно сделать привал, и позагорать, наконец-то. Такое место обнаружилось быстро. Впереди показался съезд в сторону канала, и разбитая, как обычно дорога, вела по небольшому мостику, перекинутому через речку, вытекающую из водохранилища.

    Отдалившись от дороги шагов на сорок, машина остановилась перед мостиком – вид он имел сомнительный, и заезжать на него я не рискнул, и только тут позвонил Брату, предварительно скинув рубашку и выйдя на солнце – загорать. С этого места со связью оказалось все в порядке. Отдашь половину берега? – поинтересовался я сразу, без вступления. Половину? – переспросил он задумчиво. Переоформлять много придется, опять с земельным комитетом дело иметь! Ну, да ты и займешься! – вслух размышлял он. При упоминании о земельном комитете меня немного передернуло. На мгновение живо представил, как его председатель будет шарахаться от меня, узнав, что от него требуются новые действия. А что за люди? – задал он вопрос. Милиционер бывший, капитан, кажется, - кратко охарактеризовал я покупателя. Не для себя берет! – подтвердил Брат мои предположения. Ну, да нам все равно! Увеличь ему цену и деньги потребуй сразу, а не частями, - согласился он, наконец. И добавил, с сожалением, - они, конечно, кусок посуше себе потребуют!

    После этого разговора я набрал номер покупателя, но он оказался недоступен – то ли джип еще находился вне зоны досягаемости, то ли дядька отключил свой аппарат, не знаю. Дорога одна, мимо не проедет, услышу шум мотора – довольно равнодушно подумал я, сгребая пожухлую траву и бросая в нее щепки. Скоро, для веселья, задымил небольшой костер. Нанизав на шампуры краковскую колбаску, приготовленную заранее, я вернулся в мыслях к покупателю. Откуда у него деньги на приобретение такого участка, может быть, они у него с собой? – как-то нехотя, отгонял я навязчивую мысль. Где-то вдалеке, с равными интервалами, кричала большая птица, показывая, что вокруг нет ни души, и что вполне можно расслабиться.

    Подбросив в костер веток, и установив, рядом шампуры я, не надевая рубашки и оставив машину открытой, вышел на дорогу. Никого вокруг не было видно. Солнце приятно грело, от асфальта поднималось тепло, по которому я уже порядком соскучился за долгую зиму, вдалеке, все так же, без остановки, кричала птица.

    Да куда же он делся! – недовольно подумал я о покупателе, и почти сразу же услышал рев двигателя и увидел выезжающую из-за поворота дороги машину. Стоя на противоположной полосе, я поднял левую руку, останавливая их. Джип, как-то нерешительно сбавляя скорость, остановился, не доезжая до меня, шагов десять. Что за ментовские привычки! – скривился я. Со стороны водителя плавно опустилось затемненное стекло, и бывший милиционер выглянул из машины, не выходя из нее.

    Мне надоело любоваться на эти манеры и, не приближаясь к нему, я издалека крикнул, - Брат согласен продать половину участка за… – тут я немного увеличил цену, – триста тысяч долларов! Надумаешь – звони! – и, не дожидаясь его ответа, повернулся и отправился на мостик любоваться сверху на плавающих внизу рыбок, подставляя спину теплым солнечным лучам. С мостика хорошо просматривались колышущиеся в воде водоросли, расходились круги от резвящейся мелкой рыбки, серебряная чешуя которых блестела на солнце, когда они выпрыгивали. Сизый дымок от маленького костра еще поднимался вверх, вокруг стрекотали цикады, все так же, без остановки, вдалеке кричала птица, и можно было переключить свое внимание на красоту пробуждающейся природы, не думая больше о продажи земли, что я и сделал с большим удовольствием. После этой поездки, где-то с неделю я еще надеялся на его звонок, но навалившиеся заботы быстро переключили мое внимание на другие, более важные дела.
 

   Очень скоро я потерял счет своим поездкам в поселок на берегу водохранилища. Посмотреть участок выражали желание и отдельные граждане, и небольшие риэлторские фирмы, перепродающие землю под коттеджное строительство. Последние пару раз даже зазвали меня на свои совещания, где их юристы молча выслушивали мои доводы с непроницаемыми лицами. Тогда в воздухе витала надежда, что продажа вот-вот состоится, но дальше иллюзорной надежды дело не шло. Деньги, выданные Братом в качестве аванса, быстро таяли, а все застряло на том же месте. Дорога туда и обратно превратилась в монотонное, повторяющееся действие. Доехав до шлагбаума, как правило, мы пересаживались в одну машину – мою или приезжих, и отправлялись на участок. Осмотр земли на месте обычно оканчивался одним и тем же – представители фирм удалялись на совещание со своими юристами, а частные посетители брали время на раздумье.

    Радовало только то, что во время этих поездок я успевал заняться своими делами – позагорать на приглянувшемся мне месте у канала, да посмотреть на новые места, для чего иногда приходилось отклоняться от маршрута, делая небольшой крюк по берегу водохранилища. С интересом смотрел на раскинувшуюся, на многие километры водную гладь, наблюдал множество птиц и зверей, в основном, зайцев, которые, время от времени, выскакивали перед машиной. Часто встречал цапель или журавлей, стоящих на одной ноге в придорожных канавах. Доставать ружье из багажника я и не думал.

    Налюбовавшись природой, успевал заехать и в городок – проведать Архитектора и узнать, как идут у него дела. С проектом дома он управился быстро – красивый рисунок постоянно лежал у него на столе, на видном месте, но согласование шло медленно. Как Архитектор и предупреждал, дело застопорилось на водной инспекции, но пока я не торопился форсировать события и не шел на контакт с ними, памятуя о том, что выданный Братом аванс тает на глазах, а новых поступлений в ближайшее время не предвидится. Изредка беспокоившим меня Васильеву и отставному военному отвечал, что их предложение мы тщательно изучаем, и скоро дадим ответ. Подразумевалось, что положительный. Я уже и в самом деле почти уверовал, что какой-то кусок земли им перепадет, в награду за лояльность. Словом, рутинная работа шла полным ходом, и так же быстро расходовались остатки денег. Через пару месяцев я категорически отказался ездить на своей машине, и соглашался на поездку с покупателями только в том случае, если меня возили на участок.

    Конечно, уже не помню всех людей, с которыми ездил туда, но вот, одна поездка осталась в памяти, и на ней я хотел бы остановиться. Речь пойдет о тех временах, когда я еще гонял туда свою Волгу, хотя уже чувствовал, что мой энтузиазм на исходе. По моим объявлениям на меня вышел директор одной маленькой риэлтерской фирмы - кавказец, Арсен, чей офис находился в Подмосковье. Никакого договора с ним подписывать я не стал, предложив ему положиться на устные соглашения. Он не стал возражать. И вот сейчас он ехал с покупателями, и встретиться мы договорились уже перед шлагбаумом, поскольку дорогу он знал, так как бывал со мной пару раз на участке до этого.
 

   Тот день выдался пасмурным и дождливым, хотя лето едва перевалило на вторую половину. Моросил мелкий нудный дождик, то, останавливаясь, то, наступая вновь. Привычные три с половиной часа дороги до берега пролетели для меня быстро. Дождь, как я уже упомянул, шел мелкий и, оставив машину и не прячась от него, я прохаживался по маленькой стоянке рядом с милицейской будкой, перед въездом на водохранилище, поглядывая на дорогу и ожидая вторую машину. С некоторой опаской косился на грунтовую почву под ногами – земля, конечно, уже намокла, хотя разбухнуть, еще не успела. Волга теперь уже не пройдет – соскользнет в глубокую колею. Интересно, на какой машине они подъедут? – гадал я, зная, что у директора риэлтерской фирмы была старая иномарка, которая и по ровной-то дороге катилась еле-еле. Как бы не пришлось до берега три километра пешком топать! Словом, настроение было так себе. Дело по продаже затягивалось, деньги на исходе, а для успешного развития событий постоянно требовались новые расходы – и с администрацией городка связь надо поддерживать, и Архитектору подкидывать за согласования, и новые рекламные объявления размещать взамен старых, да мало ли что еще! А тут под дождем мокни, в ожидании неизвестно чего!

    Скоро на дороге появилась большая черная блестящая машина – дорогая модель BMW представительского класса. Стекла оказались, естественно, затемненные, и сидящих внутри людей, я пока разглядеть не мог. Из задней двери остановившейся машины вышел мой знакомый Арсен – щуплый мужчина невысокого роста. Мы обменялись приветствиями. Кого привез? – спросил я у Арсена, немного отойдя с ним от большой машины. Серьезных покупателей! – ответил он. Если земля им понравится, то возьмут обязательно, не торгуясь! Кто такие? – еще раз поинтересовался я, удивляясь его уверенности. Чиновник большой, да сам все увидишь! – быстро ответил он, увлекая меня к милицейской будке. Я с сомнением посмотрел на низкую посадку представительской машины, - пройдет ли по грунтовой дороге? Пройдет! – уверенно махнул рукой собеседник. Отметив, как обычно, пропуск у милиционера, я вернулся к машине, у открытой двери которой поджидал Арсен. Садись! – предложил он, шире распахивая дверь. Наклонившись, я заглянул в салон.

    На передних сиденьях сидели двое – водитель средних лет и молодой худощавый мужчина в белой рубашке. На заднем  сиденье то же расположились два человека – дядька в возрасте, в строгом костюме, и молодая симпатичная женщина. Как садиться – поместимся вчетвером? – с сомнением, повернулся я к Арсену. Поместимся! – весело ответил он, нетерпеливо похлопывая меня по плечу, - залезай! Женщина подвинулась, я устроился рядом с ней, а следом втиснулся и Арсен – настала пора отправляться. Водитель уверенно вел тяжелую машину, она даже почти не задевала днищем бугорки на ухабах, и шла легко, без всякого скольжения по мокрой земле. Что значит хорошая марка! – с легкой завистью оценил я ее ход.

    Скоро мы выехали на берег и, оставив машину с водителем на холме, направились к воде. Пожилой дядька в костюме суетливо раскрыл зонтик над молодой женщиной, и держал его так, идя рядом с ней и постоянно поворачиваясь к идущему следом молодому мужчине в белой рубашке с вопросом, - Вы не промокаете? Нет-нет, - отвечал тот, не беспокойтесь! Мы с Арсеном замыкали процессию. Вопросов ему я больше не задавал, полагаясь на свою интуицию – сам быстро разберусь, что за компания такая!

    Осмотр берега прошел как обычно, и много времени не занял. Вот земля, вот поселок, вот вода, - кратко объяснил я присутствующим. Парня в белой рубашке особенно интересовало – сколько высоченных сосен расположено на нашем берегу? – и я, щедро прихватив участок леса, обозначил рукой границы участка, - много, кто же их считал! Очень скоро стало понятно, что главным покупателем он и являлся, а мужчина в костюме и женщина – при нем, что-то вроде консультантов, специалистов по земле. Так же быстро прояснилось, что землю он смотрел не для себя, а для своего начальника – какого-то депутата Госдумы, желающего приобрести участок на берегу у большой воды, и непременно, с лесом. Главное, что бы деревьев росло побольше, - все повторял он вслух. Чем не деревья! – еще раз кивнул я на неподвижные мокрые сосны, на берегу.

    Закончив с осмотром, компания не торопилась возвращаться к машине. А что, если перекусим здесь – Вы не возражаете? – повернулся ко мне мужчина в костюме. Я равнодушно пожал плечами – скоро время моего обеда, и хотя, погода стояла безветренная, и казалось довольно тепло, но противный мелкий дождик моросил без перерыва, навевая тоску. На него, впрочем, уже никто не обращал внимания.

    От крайних домов поселка наша компания дружно переместилась к лесу, и остановилась под высокими соснами. Здесь и решили перекусить. Все вокруг было влажным и мокрым, и особого веселья пока не намечалось. Пожилой мужчина, скинув пиджак и повесив его на сучок сосны, принялся собирать мокрый хворост. Арсен с парнем в белой рубашке взялись ему помогать, и мне, поневоле пришлось подключиться к ним – не стоять же в одиночестве в сторонке. Умудренный опытом, я снимал застрявшие в деревьях старые ветки – они казались суше, чем те, которые лежали на земле. Тем временем, молодая женщина направилась к машине, и вернулась в сопровождении водителя, державшего в руках две большие сумки. Поставив их на землю, водитель сразу вернулся к машине.
 

   Костер долго не хотел разгораться – сырые дрова никак не брались, но, через некоторое время, совместными усилиями, накидав еще сверху ельника, удалось добиться того, что повалил густой белый дым, а за ним, понемногу появился и огонь. Дождик немного стих и женщина, отложив в сторону мешавший ей зонтик, распаковывала сумки, извлекая домашнюю снедь, и расставляя на разостланной, на земле скатерти пластиковые стаканчики. Арсен суетился рядом, помогая ей резать хлеб и открывать банки с домашними заготовками.
 

   Работа как-то незаметно сблизила нас, появились первые признаки веселья, а когда женщина извлекла из сумок водочку – перцовку, то послышались и шутки, зазвучал негромкий пока смех. А и то – чего не перекусить! – отбросил я последние сомнения, наблюдая, как на скатерти растет гора аппетитных продуктов, как разгорается костер, и весело потрескивают дрова. О земле, воде и береге уже никто не вспоминал – все были заняты приготовлениями к еде.

    Скоро женщина пригласила всех к столу – все готово, можно начинать! Еды было более чем достаточно – и домашние огурчики, и грибы – мне они показались особенно вкусными, да еще какие-то салаты, да колбасная нарезка с ветчиной. Ну, за знакомство! – на правах старшего провозгласил пожилой дядька, и все разом выпили. После третьей рюмки, от былой сдержанности и отчужденности не осталось и следа, и вся наша компания уже ничем не отличалась от таких же дружных компаний, проводящих свободное время на природе. Стоял шум, все перебивали друг друга, торопились рассказать о чем-то своем. Вы знаете, кто это? – громко обратился ко мне пожилой дядька, представляя парня в белой рубашке. Не дожидаясь ответа, он с почтением произнес, - это чиновник федерального уровня! Не смотрите, что такой молодой! Парню было лет тридцать пять.

    После такой торжественной речи снова поднялся шум, и мы с молодой женщиной, обменявшись взглядами, переместились по другую сторону костра, подальше от остальной компании. После еще одного бокала решили выпить на брудершафт – для знакомства. Потом, как и положено, стали целоваться после этого. Потом выпили еще, потом, держась за руки, целовались уже просто так, без всякого повода. Зачем мы это делали – непонятно! Ведь, мы с ней даже не обменялись телефонами, и встречаться потом не собирались. А с другой стороны, почему и не пообщаться на природе с приятным человеком!

    Компания напротив нас, немножко похихикав, и не обращая больше на нас внимания, принялась горячо обсуждать свои дела, к осматриваемой земле не имевшие никакого отношения. В конце концов, здесь собрались или представители, или посредники покупателя и продавца, и кровной заинтересованности в участках не имели, а потому, можно было просто отдохнуть. Вы, как чиновник федерального значения, должны это знать! – доносился не совсем трезвый голос пожилого дядьки, поучавшего мужчину в белой рубашке.

    Под мелким дождем, здесь, на природе, воздух казался каким-то особенно чистым, кристально чистым, даже. Сквозь него все мокрые предметы вокруг отчетливо просматривались, выделяясь яркими, контрастными красками. Зеленая трава внизу казалась особенно зеленой, коричневые стволы деревьев отражались в сознании различными оттенками, и даже дым от костра смотрелся весьма выразительно, чересчур, уж, сизым и густым он казался.

    Потом собеседники вспомнили о водителе, но решили его не звать, справедливо полагая, что пить с нами он все равно не станет, а трезвому человеку в нашей компании делать и нечего. Как я сам поведу машину обратно – меня не сильно беспокоило – как-нибудь, не в первый раз, отдохну немного перед дальней дорогой!

    Немного постояв в сторонке, мы с молодой женщиной, как ни в чем не бывало, присоединились к остальной компании. Оторвавшись от навязчивого дядьки, ко мне подошел молодой человек в белой рубашке. Приятно было с Вами познакомиться! – сказал он. И мне приятно, - ответил я на любезность, и сразу переходя к делу, поинтересовался, - землю брать будете? Не знаю, - так же прямо ответил он. Я доложу своему руководству – но ему хочется, что бы деревьев росло побольше, и уж очень он упирается в это дело! Попировав еще некоторое время, наша компания вспомнила, что нужно возвращаться, да и жители крайних домов уже выходили, с сомнением поглядывая на нас и, собравшись, мы направились к давно ожидающей машине. С шуточками все забрались внутрь, и водитель так же уверенно выкатился за пределы охраняемой зоны.

    Ты с ними вернешься, или мне тебя подвезти? – поинтересовался я у Арсена, когда мы вышли из машины за шлагбаумом. С ними поеду! – махнул рукой Арсен, - машина у них хорошая! Сейчас они, день-два, посоветуются, и я свяжусь с тобой, - шепнул он, направляясь к поджидавшей машине. Тепло, попрощавшись с дружелюбной компанией, я вернулся к своей Волге. В обратный путь тронулся уже только к вечеру, порядком отдохнув на привычном месте, у канала, устроившись на покрывале, на заднем сиденье и слушая, как вновь пошедший дождик барабанит по крыше. Подремывая, вспоминал наше недавнее веселье, возникшее на пустом месте, приятную молодую женщину и ее вкусные домашние заготовки. Хорошая хозяйка! – подумал я про нее. Через пару дней Арсен перезвонил и, смущаясь, поведал, что, по-видимому, надеяться на чиновника нам больше не стоит. Так вот, таких чиновников, подъезжавших на роскошных машинах смотреть берег, было несколько, не один этот парень в белой рубашке проявлял интересе к земле.

    Сейчас, с высоты времени, оценивая причины того, почему эти покупатели тогда не взяли участок, я склоняюсь к мысли о том, что набравшая силу плутократия прочно рассчитывала на более лакомые куски земли, всерьез уверовав в то, что все вокруг существует теперь только для удовлетворения их ненасытных потребностей и интересов.   Выбирай, что понравится, да не торопись, не то прогадаешь! Деревьев ему на берегу мало показалось – подумать только!

    Итак, время шло, а продать землю все никак не удавалось. Деньги давно закончились, а на предложение вновь выдать их авансом, Брат ответил категорическим отказом. Настала пора подумать об источнике финансирования моей дальнейшей деятельности. Тогда еще казалось, что птица удачи пролетает совсем близко надо мной, касаясь своим крылом, и что не сегодня, так завтра, я обязательно поймаю ее за хвост. Хотя и немалые сомнения стали обуревать мной – все чаще я стал задумываться – почему земля до сих пор не продана, несмотря на обилие интересующихся людей? В памяти всплыла известная риэлтерская фирма, с которой я заключил договор. Как мне было известно, с покупателем они начинали серьезный разговор только после внесения тем солидного задатка. Этот способ, без сомнения, позволял отсеять любопытствующую публику, и существенно экономил силы и средства. Так вот работать и надо! – вздыхал я, вспоминая их роскошный офис.

    Неотвратимо наступившее безденежье заставило побыстрее определиться с дальнейшими вариантами заработка. Поскольку к охранному бизнесу я решил не возвращаться, ни при каких обстоятельствах – тому были личные причины, то быстро вспомнил о своей специальности. Найдя исследовательский институт по профилю, устроился туда – ненадолго, на два месяца. Очень скоро стало понятно, что никакой работы там не ведется. Жуликоватый директор, называющий себя академиком, просто развесил на кабинетах таблички с красивыми названиями отделов, а сам сдавал их в аренду организациям, не имеющим никакого отношения к деятельности института. Со стороны выглядело все хорошо – но это, для непосвященных людей. Что бы не уводить в сторону повествование, упомяну только, что эта деятельность позволяла мне, в случае необходимости, заниматься земельными делами, не оглядываясь на рабочее время. Я на кафедру, - обычно, объявлял я секретарю, без зазрения совести, отправляясь по своим делам.

    А дела, между тем, принимали драматический оборот. Позвонивший Брат поведал, что меня хочет видеть наш знакомый банкир, и попросил подъехать в его контору. У Банкира есть небольшая риэлтерская фирма, и он хочет подключить ее специалистов тебе на помощь, они в Интернете поместят дополнительную рекламу, - предупредил он. Где же его специалисты раньше были! Подъеду, - ответил я ему, согласившись, что дополнительные усилия не помешают.

    На эту встречу прихватил уже истекший договор с известной фирмой, не поленился набросать черновик, где отметил, сколько поездок и с кем совершил на участок, благо пометки делал ранее в записной книжке. Покопавшись в столе, собрал квитанции за оплату многочисленных рекламных объявлений в прессе. Не забыл прихватить и готовый проект жилого дома, подготовленный Архитектором и те согласования к нему, которые удалось получить. Словом, на скорую руку, подготовился к предстоящему разговору.

    Контора Банкира располагалась в центре города, и заезжать во внутренний дворик пришлось через шлагбаум, любезно поднятый охранником, после того, как я, назвавшись, попросил его, - Банкир дано ждет, открывай скорее! Большой серебристый джип Брата уже стоял перед парадным подъездом.

    Пройдя через строгую охрану, я очутился в большом зале, разделенном на отделы стеклянными перегородками, за которыми суетились менеджеры в костюмах. Вальяжно развалившийся на диване Брат помахал мне рукой -  привет, присоединяйся! Подойдя, и хлопнув ладонью по ладони его руки – так мы приветствовали друг друга, я устроился рядом с ним. Тут же приветливая девушка в черном костюме поднесла нам две чашки дымившегося ароматного кофе.

    Мы не переговаривались – только поглядывали на снующих туда-сюда людей. Сейчас подтянется Банкир, тогда и начнем разговор – это было понятно и без слов. Скоро появился и он, пробежав мимо и на ходу крикнув, что сейчас вернется. Подошедший, затем, менеджер, пригласил нас за стеклянную перегородку, где стоял большой стол с широкими креслами. С Братом мы сели по разные стороны стола – так удобнее разговаривать. Я раскрыл приготовленную папку со своими записями, и подвинул чистый листок и карандаш, лежащий сверху, на столе – можно начинать разговор. Карандаш-то, какой острый! – отметил я, пробуя его на бумаге. 

    Первым подошел руководитель риэлтерской конторы – довольно молодой парень, в очках, блестящие запонки его рубашки да явно дорогие часы тут же привлекли мое внимание. Наслышаны мы о Вас, наслышаны! – несколько заискивающе воскликнул он, обращаясь к Брату. Да и мы знаем о вашей успешной работе! – живо ответил Брат. Довольные друг другом собеседники расплылись в улыбке. Мне этот обмен любезностями казался ни к чему и, чуть наклонив голову, я молча наблюдал за участниками разговора, вернее, больше за риэлтером. Отметил дорогой костюм, хорошо смотрящийся на нем, и подумал о том, что после двух-трех удачных сделок с недвижимостью, такой костюм вполне может появиться у умелого человека.

    Появившийся затем, Банкир, прервал мои глубокие размышления, и с шумной одышкой грузного человека устроился рядом с Братом. Риэлтор, не дожидаясь приглашения, быстро сел по другую сторону от него – теперь можно было начинать. Я ласково посмотрел на троицу, сидящую напротив меня. Итак, как идут дела? – сразу задал деловой тон разговору Банкир. Дела идут полным ходом! – ответил я ему небрежно, и чуть подвинул к себе любимую папку, когда-то пробитую пулей.

    Здесь лежит истекший договор с крупной риэлтерской фирмой – они так и не нашли покупателя, а еще многочисленные квитанции на оплату рекламы в центральной прессе и, конечно, договор с Архитектором на проект дома в поселке и согласования к нему, - объявил я компании. При этом постукивал пальцами сверху по папке, как раз на том месте, где виднелось отверстие, но доставать из нее бумаги не торопился. Мои расходы эту троицу не интересовали – им важен был только конечный результат. В двух словах поведал о своих поездках на берег с теми, кто проявлял к нему интерес.
 

   Так почему же нет до сих пор покупателя! – нетерпеливо воскликнул Банкир, театрально вскидывая руки. Не торопясь отвечать ему, я внимательно посмотрел в одутловатое лицо сидящего напротив мужчины. Заматерел дядька – обрел уверенность! – думал я про себя. А помнишь, как до середины девяностых все ездил на старом Жигуленке, все не торопился пересесть на большую современную машину, хотя уже тогда денег имел невпроворот. Все сомневался – не отнимут ли нажитое непосильным трудом, все не верил, что новые порядки установились надолго. Да и сейчас, как я слышал от Брата, он больше в Израиле землю покупал, чем здесь, в России.

    Все эти воспоминания промелькнули за мгновение, пока мои губы медленно растягивались в улыбку. Он, видимо, заметил мое движение, понял его, конечно и, давая ответ самому себе, заговорил о том, что понимает мои трудности и подключает к работе еще людей и просит съездить с риэлтером на участок, что бы тот смог сделать фотографии и разместить их в Интернете.

    Лишние люди не помешают, - согласился я. Вот и отлично! – он сделал едва заметное движение рукой, и сидящий рядом риэлтер вскочил и через минуту вернулся с молодым человеком в синем костюме. Прошу съездить с ним на участок, машину вам, естественно, предоставим, - не поворачиваясь, махнул рукой Банкир в сторону подошедшего парня. Завтра, в девять, жду вас по адресу…,  - ответил я и, черканув несколько строк острым карандашом на листочке, подвинул его на середину стола. Разговор был закончен. Напоминать про свою долю я не стал – лишнее движение.

    Вдвоем с Братом мы вышли из конторы. На выходе, у крыльца, несколько задержались, не торопясь расходиться. Вижу, тебя беспокоит что-то? – обратился я к нему, угадав его настрой. Он помедлил с ответом, подбирая слова. Как твой майор – музыкант – успокоился? – добавил я, интуитивно угадывая главную опасность делу. Да вот, как раз, нет, нехорошую активность он развил за последнее время, - нехотя, произнес Брат. Да, а что именно? – заинтересовало меня. Да дошли слухи, что он объезжает с юристом дольщиков участка на берегу, и уговаривает их написать заявление о признании сделки ничтожной. Объясняет, что прогадали, что цена земли гораздо больше, чем им говорили, ну да – сам понимаешь! Понимаю – как не понять! – кивнул я, опять досадуя о деньгах, которые проплыли мимо моего кармана, майору, но выговаривать Брату сейчас не стал.        Словом, поторопиться надо с продажей, - добавил он. Поторопиться – и так делаю все, что могу! – эмоционально произнес я, озадаченный новой информацией. Может, эта контора поможет! – кивнул я в сторону входа. Про себя же подумал о том, что стоит, наверное, продать участок гораздо дешевле, что бы сбросить груз скорее, но говорить Брату об этом не стал – сам все понимает! Ладно – давай! – по привычке, мы с Братом шлепнули друг друга открытыми ладонями, не пожимая руки, и разошлись по своим машинам.

    Наутро, в оговоренное время, большой Форд синего цвета, не новый, но еще вполне ничего, уже поджидал у подъезда. При моем появлении из него быстро выбрался парень, которого вчера представляли. Он был все в том же синем костюме. Куда сядете – вперед, или назад? – любезно предложил он. Вперед, - кивнул я, усаживаясь рядом с водителем. Только по дороге быстро заскочим в поликлинику, руку надо обработать, - сказал я водителю, не спрашивая разрешения у парня из конторы Банкира. Накануне, сдвигая дома, по настоянию Деда, сейф, повредил руку, и теперь рана ныла и кровь проступала сквозь наспех намотанный бинт. Ехать, конечно, никуда не хотелось, но пришлось. На удивление, в поликлинике оказалось мало людей, и управился я быстро – мне наложили новую повязку, и можно было отправляться.

    Поскольку нас вез водитель, то я использовал эту возможность для того, что бы собраться с мыслями. Вспоминая вчерашний разговор с Братом, все гадал, удастся ли наше предприятие, и с интересом посматривал на изменившийся вокруг пейзаж. Уже чувствовалось приближение осени – солнце появлялось ненадолго, ветер кружил пожелтевшие листья. Постепенно погода испортилась, и к поселку мы подъезжали уже при сильном холодном ветре и затянутом облаками небе.

    Эта машина так же уверенно прошла на берег по хорошо знакомой разбитой колее. Подхватив фотоаппарат, мой спутник устремился делать снимки, я же спустился к воде – захотелось просто постоять около нее. Вода сильно волновалась, ветер даже поднял небольшие волны, и они с шумом плескались о берег. Одинокая лодка, привязанная к мостику, сильно раскачивалась на волнах, вызывая ностальгические воспоминания о поездках сюда ранее, в хорошую погоду. Тогда удавалось и немного позагорать, и радужные надежды на быструю продажу поднимали настроение. Ничего – на солнце все смотрится веселее – равнодушно отметил я про себя.

    Глядя на потемневшую воду и серые тучи, невольно провел аналогию с моими поблекшими надеждами на скорое обогащение. Невольное сравнение заставило вспомнить о делах – повернувшись, я посмотрел на поселок. Отсюда, с берега, выделялся своей белизной знакомый дом Васильева. Что-то он давно не звонил – здоров ли? – усмехнулся я про себя, вспомнив его последний звонок с настоятельной просьбой скорее дать ответ. Подождет еще немного – с ним разговор не горит, – отмахнулся я от воспоминаний. Еще о Васильеве сейчас не хватало думать!

    Мой спутник далеко ушел с фотоаппаратом, и я нехотя направился за ним. Перемещаясь по берегу, риэлтер несколько раз сфотографировал и меня, на что я только усмехнулся – давно никто не делал моих снимков. Те фотографии, которые мне потом передали, где я с перевязанной рукой стою на фоне большой воды, до сих пор лежат в моем альбоме, напоминая о былых временах.

    Подошедший фотограф прервал мои размышления, объявив, что он закончил работу, и мы можем возвращаться обратно. Как будете продвигать дело? – вяло поинтересовался я, когда мы сели в машину. Поместим объявления с фотографиями, и будем ждать результата, - объяснил он. Ничего нового – все это уже делалось, и мне стало понятно, что на скорый результат рассчитывать не стоит.

    В обратную дорогу водитель, почему-то, поехал по берегу водохранилища. Дорога казалась совершенно пустая, ни одной машины мы не встретили – они вообще не часто заезжали в эти края. Местами, когда Форд удалялся от воды, лес вплотную подступал с обеих сторон. В таком случае, в тот пасмурный день становилось еще сумрачнее под нависающими кронами деревьев.

    Неожиданно на дороге перед медленно идущей машиной – а разбитый асфальт не позволял развить высокую скорость, выскочил огромный рысак. Мне показалось, что в прыжке расстояние между его передними и задними лапами было метра полтора, не меньше. Видал! – повернулся я к парню, дремавшему сзади. Он, спросонья, стал протирать глаза, встрепенулся но, конечно, он ничего не успел разглядеть, и я, оставив его, повернулся вперед и принялся вновь наблюдать за дорогой. Вот водитель, тот, конечно, видел зайца, но остался безучастным и комментировать ничего не стал.

    Но скоро перед нами открылась картина, куда интереснее, чем бегущий заяц. Впереди, на обочине, почти перегораживая дорогу, стояла старая Нива. Рядом с ней прохаживался высокий мужчина в камуфляже, глубоко надвинутая на лоб бейсболка скрывала его лицо. Существенно сбросив скорость, наш Форд поравнялся с Нивой. Дядька в камуфляже настороженно встрепенулся – кого это бог принес? Причина его недоброжелательности стала понятна почти сразу.

    Справа от дороги, в сторону водохранилища, вела свежая колея, причем, местами проходившая по молодым деревьям, прижатым колесами к земле. По этой дороге, медленно переваливаясь и ревя моторами от натуги, пробирались две тяжелые машины, то же покрытые защитной краской. Первым ехал армейский кран, за ним – трейлер на базе вездехода ЗИЛа, доверху набитый свежесрубленными бревнами.

    Делянку левую разрабатывают! – уверенно воскликнул водитель, едва мы немного отъехали. Так и есть! – согласился парень в синем костюме. Кто же еще так по молодняку поедет! А этот дядька, в зеленом камуфляже, лесник, скорее всего, и есть - добавил водитель. То есть, свое берут, не чужое! – вступил и я в разговор со своими комментариями. Спутники согласно закивали головами.

    После долгой обратной дороги, во время которой удалось немного вздремнуть, наконец, показался и мой дом. Вас как обычно, к самому подъеду? – услужливо предложил водитель, видимо, по инерции. Давай к подъезду! – не стал я возражать.

    Через несколько дней после этой поездке в телефонной трубке раздался голос Брата. Ты сейчас дома? – поинтересовался он. Буду проезжать минут через двадцать, встреть меня у гаражей, внизу, - услышал я его просьбу. Что за спешка – поднимись, кофе выпьешь, - предложил ему, но Брат отказался, предупредив, что очень спешит. Когда я спустился, он уже был на месте, и с нетерпением постукивал ногой по переднему колесу своего джипа. По-моему, колесо немного спущено, - предположил я после того, как мы хлопнули друг друга ладонями, как обычно. Есть немного, - подтвердил он, и перешел к делу.

    Добился таки майор своего! – произнес он с видимым сожалением. Дело принято к рассмотрению и уже назначено судебное заседание. Банкир подключает своего юриста, и тебе придется быть с ним на суде. Надоело мне твоих людей туда возить, без всякого результата – терпеть не могу посторонних в своей машине! – воскликнул я, прикидывая, а есть ли необходимость в моей поездки на суд. Юриста не надо везти – он на поезде приедет и так же вернется обратно, - успокоил Брат и добавил. Твое присутствие необходимо – посмотри, что за люди, если получится, то встреться с теми, кто их послал, ну, как с Васильевым, сам знаешь. Юрист парень молодой, полагаться на него я не могу, - добавил он, уловив мои сомнения. А по делу ничего в этот раз не будет – заседание просто перенесут.

    Снова очередными разборками заниматься – мне это стало уже порядком надоедать. Но ехать было надо – это я понимал, тем более, что все равно хотел увидеться с Архитектором. Тот звонил накануне, рассказывал о новых согласованиях, которые ему удалось получить, и я обещал в ближайшее время подъехать, навестить старика, да и поощрить его немного. Назначенный день быстро наступил, а в дорогу собраться старому солдату – только подпоясаться! 

    Здание суда оказалось расположено там же, где и отделение милиции – за живописным ансамблем из нескольких церквей, стоящих на высоком холме, на берегу реки. Ранее, во время предыдущих поездок, я любовался их красивым видом, но только снизу, с моста. Отсюда же, с холма, картина показалась иной. В солнечных лучах купола церквей переливали золотом, а белизна их стен смотрелась особенно эффектно. Да, красиво стоят, над берегом, - еще раз оценил я мастерство строителей.

    До начала судебного заседания оставалось еще часа полтора, и что бы скоротать время, я решил осмотреть расположенные в церковных зданиях музей и картинную галерею. Встречаться с юристом, который, конечно, уже был на месте, раньше времени, не хотелось. Кроме меня посетителей не было, и женщина – смотритель переходила за мной из зала в зал, включая свет для любознательного гостя. Не сказать, что бы экспонаты представляли большую ценность – так, предметы быта позапрошлого века, да и картины, показались незатейливыми, но я осмотрел все внимательно, ничего не пропуская. Полтора часа пролетели незаметно – наступила пора заняться делом. Но перед этим не отказал себе в удовольствии полюбоваться на речку отсюда, с высокого холма, где стояли церкви – да, красота, славный городок, и земельный комитет хорошо отсюда виден! Мне даже показалось, что видна маленькая фигурка его председателя, стоящего рядом. Только показалось, конечно.

    Юрист – долговязый парень, уже прохаживался перед невзрачным двухэтажным зданием суда. Поздоровавшись, мы вошли внутрь. В глаза сразу бросились двое мужчин, неподвижно сидящих на стульях в коридоре. Они? – тихо спросил я у юриста. Они, – подтвердил он. Похоже, что это то же были бывшие сотрудники милиции –  вероятно, начальник службы безопасности и его заместитель.

    Но прежде, чем подойти к ним, я задержался в коридоре у стенда с фотографиями судьей. Который же из них ведет дело? – стало мне интересно. Вот этот, - юрист показал на одну из фотографий. Уже по фотографии стало понятно, что это очень солидный мужчина. Серьезный дядька! – прокомментировал я изображение. Подойдя, затем, к сидящим мужчинам, я произнес короткую, но довольно резкую тираду, суть которой сводилась к тому, что я желаю видеть их начальника, и как можно скорее.      
 

   Говорил я все это вызывающим тоном, хотя ни былых возможностей давно уже не осталось, ни вооруженных бойцов за мной не стояло, как когда-то, да и связи с милицией существенно ослабли, если не прекратились совсем. Так, пошумел немного, для порядка, по старой привычке.

    Нет, я ничем не рисковал, отчитывая незнакомых мужчин и повышая на них голос. Они являлись исполнителями,  дело которых - всего лишь донести информацию до того, кто прислал их сюда. А все сказанное мной они передадут слово в слово. Это мне было хорошо понятно, как и то, что о собственном достоинстве такие люди, почему-то, стали забывать.

    В дальнейшем этот разговор, благодаря стараниям юриста, оброс неимоверными подробностями, так, что даже Брат потом отметил, - я знаю, как ты стойко отстаивал наши интересы на суде! Только вот – наши ли? Очень крупные сомнения, раз овладев, уже не отпускали меня.

    Само заседание, как и предполагалось, прошло довольно быстро и закончилось с ожидаемым результатом – рассмотрение дела по существу перенесли. Никого из посетителей, кроме меня да спутника, да двух мужчин с противоборствующей стороны, к которым присоединилась девушка – юрист, на заседании не присутствовало. Ни один из восьми дольщиков земли на суд не явился – все они выдали доверенности, на которые и ссылалась девушка во время процесса.

    Очень понравился судья – в жизни он оказался гораздо представительнее, чем на фотографии. Судья очень внимательно слушал доводы выступающих участников, вникал в мельчайшие детали – казалось, весь его вид говорил о том, что правосудие восторжествует. Сама же зацепка, из-за чего и разгорелся весь сыр0бор, показалась мне пустяковой – что-то вроде того, что люди думали, что из Пскова, а оказалось, что из Тамбова. Нисколько не сомневаюсь, что в большинстве таких случаев опытный крючкотворец найдет, к чему прицепиться.

    Забросив, по окончании процесса,  юриста на вокзал, я направился к Архитектору. По пути захватил пару бутылок хорошего коньяка, и немного посидел у него перед обратной дорогой, потягивая коньяк и слушая об успехах в его работе, и о тех временах, когда он был еще молодым, и работал где-то на Севере.
    Наступившее после судебного заседания затишье продолжалось не долго. Не прошло и недели, как дома на меня стал наседать Дед, требуя отвезти его, в гости к Брату. Он звонил, приглашает, обещал продуктов со своего подворья подкинуть! – все охал старик, не давая мне спокойно заниматься своими делами. Приглашение Брата меня удивило – как уже упоминал, не часто он вспоминал о нас. Ну и заехал бы он сам, тех же продуктов забросил! – пробовал я отмахнуться от Деда, да не тут то было! Нет, он хочет, что бы ты то же подъехал! – ходил за мной Дед по пятам. Деваться было некуда – проще, показалось, съездить. Без особой охоты я повез старика на другой конец города.

    Брат гостеприимно встретил нас – угостил домашними пельменями из мяса кабана, подстреленного в его владениях, густой деревенской сметаной. Оставив Деда на кухне, мы переместились в другую комнату.

    В просторной гостиной, где была установлена плазменная панель на полстены, и беззвучно шел какой-то фильм, Брат расставил шахматы и пригласил меня на партию. Есть хорошие новости, - сразу начал он, выигрывая первую фигуру. Два дольщика земли согласны написать заявление о передаче мне своих долей. Один из них – мой хороший знакомый, бывший председатель колхоза, а вторая – старуха какая-то, баба Варя, вроде, родственница его дальняя. Они там, в деревне все дальние родственники, - усмехнулся он. Сам я в деревне появляться не могу, съезди ты с нотариусом, разберись на месте с людьми – они, вроде, денег хотят, по пять тысяч рублей, эти деньги для них я, конечно дам. Людей, ведь, то же придется уговаривать, нотариус с деревенскими жителями разговаривать не будет – его дело, сам понимаешь, только узаконить их решение! Да, и еще, - он сделал паузу. Ты, ведь, уже наладил контакты в городке – попробуй выйти на судью через своих знакомых. Банкир на это дело денег выделит столько, сколько потребуется! Банкир-то выделит, да не для меня же! – ответил я Брату, возвращаясь к шахматам.

    Обычно я все время проигрывал ему, но тогда, идя на обмен фигурами, с большим трудом, но удалось свести партию к ничейному результату. Закончив игру, мы снова вернулись к обсуждению дел. Отодвинув шахматы, я поднялся из глубокого кресла, и прохаживался по комнате, время от времени, поглядывая на экран, где в это время шла стрельба и летали по воздуху перевернутые машины. Как обычно, разговор с Братом протекал не легко.

    Ты знаешь! – обратился я к нему, - мне уже давно приходится заниматься не собственно продажей земли, с которой, вроде, должен получит процент, а второстепенными вопросами. То с Архитектором работаю над согласованием проекта, то с твоими фотографами езжу на берег, то в судебных заседаниях участвую, да еще от команды Васильева отбиваюсь. А теперь, вот, еще и с нотариусом дольщиков объехать надо! Да, приходится всем этим заниматься! – согласился он, кивая головой. Заниматься то приходится, а денег это не приносит, - напомнил я ему. Напротив – одни убытки несу. Как получил от тебя еще весной единственный аванс – так и все! На работу даже вынужден был устроиться, что бы заниматься твоими делами, - тут я недобрым словом вспомнил институт, где отработал два месяца. Словом, на дальнейшую деятельность требуются новые вливания, - произнес я тихо, но твердо.

    Но Брат оказался большой мастер в объяснении причин, почему не может дать деньги сейчас. Тут были и трудности с Банкиром, и расходы, которые он несет в поместье, и многое, многое другое. В коридоре бесшумной тенью промелькнула фигура его бывшей секретарши, и так же молча исчезла в одной из комнат. Эх, прости господи! – вздохнул я, слушая Брата, и только что не перекрестился. По-хорошему, разговор с ним давно пора было заканчивать, и только сознание того, что я помогаю младшему брату, удерживало меня от решительного шага. Понимаю твои трудности, и попробую для тебя вытащить деньги из Банкира, - обнадежил он, в конце разговора. Хорошо! – согласился я и на этот раз, отмечая про себя, что теперь надолго моего терпения вряд ли хватит. Про судью не забудь! – напомнил он на прощанье.

    На следующий день, молодой парень в костюме – нотариус, уже прохаживался перед стоянкой, куда я попросил его подъехать. Бабье лето было в полном разгаре, способствуя благодушному настроению. Со стоянки я позвонил в городок, энергетику, и договорился с ним о встрече. Буду ждать Вас на площади, – ответил он. Пожалуйста, устраивайся на заднем сиденье, - обратился я парню, пояснив, что привык, что рядом со мной сидит жена. Заодно, и мешаться в дороге со своими разговорами не будет, - недовольно подумал я про себя. Но он мне и не мешал, тихо продремав всю дорогу сзади. Не останавливаясь в городке, мы сразу направились в деревню, где нас уже ждали дольщики земельного участка.

    Волга остановилась у старого, полностью покрытого тиной старого пруда, какие, наверное, в наших краях есть в каждой деревне. За прудом виднелся небольшой дом – это и был участок директора. Его территория, против ожидания, показалась мне крошечной – сотки четыре, всего-то, и то, большую его часть занимали строения. В огороде копалась большая семья – женщина, дети, какая-то старушка. Из дома появился и сам хозяин. Бывший директор колхоза оказался мужчиной моих лет, крепким и кругленьким, чем тут же напомнил главного энергетика. Только, немного поспокойнее, чем тот, каждую фразу он сначала обдумывал, а потом произносил.
 

   Так вы думаете, что все будет в порядке? – поинтересовался директор, после того, как мы познакомились. В его словах угадывалась надежда на Брата, на доброго барина. Нашел на кого надеяться! – усмехнулся я про себя, поглядывая на крепкого мужчину и его крошечный участок у старого пруда. Ему же ответил уверенно, - конечно, все будет в порядке, раз Брат взялся за дело! Вы же знаете его возможности! – добавил я, для проформы. Словом, никаких трудностей здесь не возникло. Нотариус быстро оформил необходимые бумаги, и можно было отправляться дальше. Машину здесь оставьте – не проедете, моя племянница, студентка, отличница, проводит вас к бабе Варе, - любезно предложил директор. Маша! – крикнул он, и к нам подошла девчонка, одетая в майку и короткие шорты.

    Поспевая за ней, мы направились на другой конец деревни. Поравнявшись, я поинтересовался, - а, правда, что ты отличница? Правда! – весело подтвердила она. Дом бабы Вари располагался на самом краю, у леса. Перед ним была скошена трава, и стояло несколько скирд сена. Для полной идиллии не хватало еще пасущейся козочки, но никакой живности вокруг я не увидел.

    Без стука, втроем мы вошли в неказистый дом. Очевидно, что дом просел на одну сторону, и покрытый линолеумом пол имел ощутимый наклон. Внутри обстановка показалась совсем не богата – маленький телевизор работал на тумбочке, у стены стояла кровать, стол, стул, еще какой-то шкаф, да, пожалуй, и все. Виднелась, еще вторая комната, но, похоже, она не сильно отличалась от первой. Из нее, шаркая ногами, вышла баба Варя – довольно крупная старушка  в круглых очках. Вот, привела! – объяснила девушка.

    Взяв инициативу в свои руки, я кратко объяснил цель визита. А все хорошо будет? – так же, как и предыдущий дольщик, поинтересовалась баба Варя. Тяжко вздохнув, и не дожидаясь ответа, она добавила, - ноги-то у меня болят, ох, болят, окаянные! Объяснять ей, что все будет хорошо, мне не хотелось, но пришлось. Впрочем, после того, как обещанные пять тысяч перешли в карман ее халата, баба Варя успокоилась. Вот, добрые люди – такие деньги привезли! – читалось на ее лице. Стало понятно, что доля на далеком берегу являлась для нее обузой, от которой она рада избавиться. Я устало махнул рукой нотариусу – занимайся старушкой! Нотариус занялся бабой Варей, показывая, где ей надо поставить подпись, а я, что бы не скучать, снова обратился к девчонке. Так ты говоришь, только на пятерки учишься? – уточнил я, поглядывая на ее худые коленки. На пятерки! – опять, подтвердила Маша.

    Теперь, когда необходимые документы были оформлены, можно было ехать в городок, но до встречи с энергетиком оставалось еще часа полтора. Просто так терять время не хотелось. Не вызывало сомнений, что стояли последние погожие деньки, что завтра-послезавтра погода переменится, и о теплом солнце останется только мечтать. Интересно, куда ведет эта дорога? – спросил я у дремавшего на заднем сиденье парня, после того, как мы выехали из деревни.

    Не дожидаясь ответа, свернул на боковую дорогу, рассчитывая, что мимо городка все равно не проедем, а новые места посмотрим. По пустой дороге, навстречу машине шла стайка девушек в одних купальниках. Тормознем? – повернулся я к нотариусу, и он согласно кивнул. Чего это вы в купальниках разгуливаете, водоем, что ли недалеко? – поинтересовался я, притормаживая рядом и высовываясь из окна. По дороге карьер будет – увидите! – махнула рукой одна их них. А вы уже уходите? – спросил я, на всякий случай. Уходим! – подтвердила девушка. Оставалось только позавидовать им, идущим под теплыми лучами.

    Поедем, позагораем часок? – для приличия, спросил я у спутника, хотя уже принял решение, и без его ответа. Он согласно кивнул, и через пять минут машина, буксуя на песке, выехала к берегу. Большой песчаный карьер оказался до краев заполнен водой, но никто не купался, вода уже успела остыть. Немного молодежи загорало на песке. Вытащив из машины, покрывало, я быстро скинул одежду, а мой спутник, отойдя в сторону, устроился на бугорке. Откинувшись на покрывало, и слушая легкий плеск воды, я посматривал на солнце прищуренными глазами. Много мыслей хотелось обдумать, но главное – это то, что за делами Брата я стал забывать о себе. На что стоит ориентироваться дальше – на работу с ним, или полагаться на свои силы? Время пролетело незаметно.

     Сидеть на берегу, подставляясь последним солнечным лучам, и размышлять о будущем, было, конечно, приятно, но наступила пора заниматься делами. Нехотя поднявшись с покрывала, я кивнул парню, застывшему, поодаль, на песчаном бугорке – поехали! Не прошло и двадцати минут, как мы оказались на уже так хорошо знакомой центральной площади городка. Валерий Иванович прохаживался около своей чистой и блестящей машины, с любовью поглядывая на нее.

    Погуляй с часок, я пока с этим дядькой переговорю, - попросил я парня. Хорошо, я как раз собирался перекусить, - охотно согласился он и, выйдя из машины, направился в кафе. Пройдемся,  Валерий Иванович, день больно хороший! – предложил я энергетику после приветствия. Оставив машины на площади, мы не спеша, направились в сторону старой церкви. Пройдя по тихой улочке, с которой просматривалась речка, углубились в парк, под тень деревьев.

    Понравился мне ваш городок, Валерий Иванович, - не спеша, рассказывал я спутнику. Тихий он такой, спокойный - не то, что наша суматошная жизнь в Москве! Да, у нас еще хотят культурный центр открыть, экскурсии из Москвы возить будут! – озвучил он надежду жителей своего городка. Я усмехнулся про себя - когда еще до этого дойдут руки! Почему-то вспомнился председатель земельного комитета.

    У Вас есть выход на судью? – перешел я к делу, не считая больше нужным тянуть время. Вы же знаете, мы сейчас судимся – помощь нужна! Знаю, конечно, знаю, - подтвердил он, и надолго замолчал, в раздумье, шагая рядом. Впереди снова показалась река. Валерий Иванович не торопился с ответом, и заговорил только тогда, когда мы, зайдя на мост, остановились над водой. Повернувшись, я посмотрел на ансамбль церквей в лучах уходящего солнца.

    Выход на него есть у председателя водной инспекции – они большие друзья, ели только через него организовать встречу? - произнес он, в раздумье. Организуйте, Валерий Иванович, в стороне не останетесь, - попросил я своего собеседника. Ну, хорошо, я переговорю с ним и перезвоню Вам позже, - согласился мой спутник.

    В тот же вечер я связался с Братом. - Похоже, мне удается выйти на председателя водной инспекции, а у него в друзьях – интересующий нас человек. В дальнейших разговорах будем называть посредника Водяным, - предупредил я. Это была обычная наша практика – дело принимало серьезный оборот, и надо было перестраховаться.

    Позвонивший через пару дней, Валерий Иванович объявил, что добро на встречу получено, и днем меня будут ждать у карьера, за городком. Знаете, где карьер? – спросил собеседник. Знаю, как раз там загорал накануне! - ответил я радостно. Но в день отъезда, погода уже испортилась, стало заметно холоднее, и о загаре можно было забыть. Довольно рискованно, я гнал Волгу на встречу без привычных остановок. Через три часа дороги впереди показался знакомый карьер, заполненный водой.

    Наши машины остановились напротив, не доезжая, наверное, пяти шагов. Дорогу мы перекрыли полностью – все равно, вокруг не видно ни души. Выйдя из машины, я изобразил на лице улыбку, и мы с дядькой направились навстречу друг другу, настороженно глядя в глаза. Худощавый мужчина был одет, конечно, в зеленую форму, но без пятен, под ровный цвет своего УАЗа. Та же зеленая кепка армейского покроя была низко надвинута на лоб. Вблизи стало видно, что его лицо обезображивал большой шрам, тянущийся со лба, переходящий через губы, и теряющийся на подбородке. Видимо, из-за него Водяной говорил с трудом, коверкая слова.

    Да, вопрос можно решить, встречу с судьей я Вам устрою, - сразу развеял он все сомнения. Но, его надо будет решить в нашу пользу, - уточнил я детали. Примет необходимое решение! – без малейшего колебания, заявил собеседник. Чай, не в первый раз! Это хорошо! – задумался я, удивленный его уверенностью и простотой, с которой решалось дело.

    Сделав паузу, я думал на совершенно отвлеченную тему – интересно, какое у него оружие, и где он его держит? Как слышал ранее, им, вроде, выдавали старые пистолеты ТТ, для охраны рыбных угодий.

    Потом мы долго спорили о его доле за посреднические услуги. Побойтесь бога! – восклицал я, вскидывая вверх руки. Но Водяной приводил свои доводы. Думаете, нам не известно, сколько Ваш Брат потратил только на замену крыши своего особняка? – и он назвал такую сумму, что я скривился, как от зубной боли. Еще, в качестве неоспоримого довода он привел то, что его дети то же учатся в столичных ВУЗах. Сломом, после продолжительного спора, мы договорились обо всем. А где встреча с судьей состоится? – поинтересовался я из чистого любопытства. Придет время – объявим, - кратко ответил собеседник.

    Так и решим, сегодня вечером я переговорю с Братом, и завтра ждите моего звонка, - согласился я с Водяным, прощаясь с ним. Отъезжая, в зеркало заднего вида я видел, как Водяной неподвижно стоял на дороге и долго смотрел мне вслед.

    После разговора с ним я отъехал в сторону, и остановился у небольшой, шириной метров десять, запруды. Поодаль, вода, журча, впадала в нее, а рядом вытекал небольшой ручеек, через который был, перекинут мостик, без перил. Выключив мотор, и оставив машину прямо на дороге, я поднялся на мостик и посмотрел на воду. Она казалась чистой и прозрачной, и неглубокое песчаное дно хорошо просматривалось. Большая стая черных рыб, голов на сорок, неподвижно стояла посередине запруды. Не разбираюсь в рыбах, но, хотя они и смотрелись какими-то узкими, длина их была не меньше двух ладоней. Удочка лежала в багажнике, лопата – то же, накопать червей – не проблема, да и времени свободного теперь хоть отбавляй – необходимый разговор уже состоялся, но заниматься рыбной ловлей как-то не хотелось.

    Глядя на воду, я вспоминал недавнюю встречу с Водяным, гадал о своих дальнейших шагах. То, что на скорую продажу земли теперь рассчитывать не приходится – это уже не вызывало сомнений. Предстоят долгие судебные разбирательства, стороны будут подавать апелляции, затягивать процесс. Даже при благоприятном для нас исходе, вернуться к продаже можно будет не скоро, не раньше следующего лета. А сил и времени я уже потратил немало.

    Словом, под журчание ручейка, ко мне пришло непростое решение, что часть денег, предназначенных для судьи, я, пожалуй, оставлю себе. Ни Банкир, ни Брат их не дадут, пока сам не возьму. Да, если тысяч десять долларов и осядет в моем кармане, то судья не сильно обеднеет, а мне на новую машину хватит, - думал я, глядя на неподвижную стаю рыб и на свою старую Волгу, сиротливо стоящую на дороге. Да и со знакомыми из городка пора рассчитаться – они много сделали для дела, а Брат на это деньги не выделит – это точно! 

    Приняв ответственное решение, я, торопя время, гнал машину в Москву на высокой скорости. В дороге остановился и позвонил Брату. Встреча с Водяным состоялась, обо всем договорились, он берется решить вопрос в нашу пользу, - кратко доложил я ему. И не утерпев, добавил, - душевный дядька оказался! Больше ничего не говорил – обратиться к Банкиру он и без меня догадается. Ну вот, результат налицо, завтра уже буду при деньгах, - успокоил я себя после звонка, и теперь уже никуда не торопясь, поехал обратно.

    На следующий день, вопреки ожиданиям, Брат все не звонил. И что он все тянет – Водяному пора давать ответ! – дождавшись обеда, я взял телефон и с нетерпением, набрал номер Брата. Ты знаешь, - медленно произнес он, - больше твоего участия не требуется, занимайся своими делами, дальше я закончу все сам. Своими делами, - так же медленно повторил я за ним. Успешной тебе работы! – пожелал ему, напоследок. А ведь, он прав! – вздохнул я, кладя трубку на журнальный столик. Давно пора заняться своими, а не чужими делами!

    О причинах его решения оставалось только гадать. Ведь, он слыл хорошим шахматистом! Как мне было известно, к нему специально приезжали издалека, что бы сыграть с ним партию – мне же, так и не удалось у него выиграть ни разу! Вероятно, он просчитал все ходы, и увидел, что я стал ненужной фигурой в игре, которой легко можно пожертвовать.

    Не исключен и такой вариант, что никакой продажи и не планировалось, а вся моя деятельность была направлена только на повышение привлекательности земли в глазах инвесторов, для строительства того же яхт-клуба, к примеру. Скорее всего, так оно и было. В противном случае, Брат вряд ли стал бы вкладывать такие средства в проекты электроснабжения и жилого дома. Реальных-то рычагов для продажи земли я на руках не имел – одни только копии документов! А с двумя оставшимися долями можно работать и дальше – тот же яхт-клуб построить, если удачно выбрать место на берегу. Было бы желание, ну да, как показала практика – все в наших руках! На того же Водяного Брат теперь легко выйдет и без меня.

    Мне же переживать о потраченных усилиях не стоит, и пора понять, что для таких людей, как Брат, Банкир, хороши все средства для достижения цели. Вообще же, вся эта братия, сформировавшая свой капитал в начале девяностых, кого-то мне очень напоминала. Тот же Банкир походил на человека, успевшего отбежать за угол и скинуть с себя ворованный пиджак. Все – за руку не пойман, значит – не вор! Теперь можно появляться на люди и в новом обличье, можно жить припеваючи. Можно, конечно, если общество позволит им, и будет безучастно взирать на то, как они заняты личным обогащением, обманывая таких старух, как баба Варя.

    Иногда я думаю – а как бы сложилась моя судьба, ели бы мне удалось тогда продать участок на берегу, и получить довольно приличные на тот момент для меня деньги. Впрочем, ответ знаю наперед – недолго бы они у меня задержались! Ранее, на руках имел и большие суммы, да растратил все довольно быстро. Не в сумме, значит, дело – и с большими деньгами я бы управился так же лихо. Дело в образе жизни, в отношении, к тем же деньгам. Но определенно можно сказать, что опыт продажи земли изменил мой взгляд на жизнь. Как сложилась дальнейшая судьба участка – я не знаю, Брат ничего не говорил, а я и не спрашивал.

    В дальнейшем, на его робкие предложения снова поучаствовать в его делах, я отвечал решительным отказом и ясно дал понять, что теперь его деятельность меня не интересует. Еще долгое время приходили судебные повестки, которые старательный Дед складывал аккуратной стопкой, но и их поток постепенно иссяк.

    И только мое воображение изредка рисует солидный яхт-клуб на берегу большого водохранилища, мою новую машину, стоящую тут же, под навесом. Поодаль, к воде спускается Васильев, который приветливо, как старому знакомому, машет мне рукой. Подходит Художник, напомнить о том, что в его галерее открывается новая выставка, и он будет рад видеть нас с супругой. Обязательно будем! – благодарю я Художника. А вдалеке, насколько хватает глаз, под ярким солнцем, видны белые паруса яхт, гладко скользящих по водной поверхности.

11 марта 2009 года

    ..^..


Высказаться?

© Никита Николаенко